Главная страница » Музей Алабина » Экспозиция и выставки » Коллекции музея

КонтактыКарта сайта
Этнографическая коллекция
В настоящее время музей имеет более 2 тысяч предметов этнографического характера. Это национальная одежда народов Поволжья: русская, мордовская, чувашская, украинская, татарская, башкирская. Лучше всего представлена одежда мордвы и чувашей (около 300 ед. хр.). В фондах представлены этнографические украшения, домашняя утварь, обрядовые вещи, орудия труда, средства передвижения, музыкальные инструменты к.XIX-н.XX вв.

Кроме того, в эту коллекцию входят: а) мебель (около 100 ед. хр.) к.XIX- н.XX в.; б) посуда фарфоровых заводов Кузнецова, Гарднера и их филиалов; в) часы настенные, карманные, настольные; будильники карманные, напольные, наручные (около 50 ед. хр.); г) самовары (около 70 ед. хр.) тульских фабрик Баташева, братьев Шемариных, братьев Воронцовых, Тейле, братьев Лебедевых (Москва) и др.
                —Коллекция самоваров, других нагревательных приборов, сопутствующих предметов
 
                —Коллекция колокольчиков
 
                —Коллекция серебра
 
                —Коллекция головных уборов
 
                —Коллекция спичек
 
                —Курительные принадлежности
 
                —Часы и хронометры
 

Коллекция самоваров, других нагревательных приборов, сопутствующих предметов
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.Алабина
Самовар
 Фабрика Б.Г.Тейле в г. Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, производство фабричное. 57 x 14 x 14. Д=23
 Конец XIX - начало XX в.
Металл, производство заводское. 37. Д=12.
 США. Фирма \\\\\\\\\\\\\\\"EMPRESS N.Y.S.C\\\\\\\\\\\\\\\", конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, производство фабричное. 37 x20. Д=13,5. 
 Товарищество новой самоварной фабрики наследников В.С.Баташева, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, производство фабричное. 50 x 28.
 Фабрика Воронцовых в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Латунь, дерево, никелировка, производство фабричное. Д=17,3.
 Фабрика братьев Стрельниковых, конец XIX в.
Металл, производство фабричное. Д=25. 
 Фабрика Воронцовых в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, производство фабричное. Д=27.
 Товарищество новой самоварной фабрики наследников В.С.Баташева, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, никелировка, производство фабричное. Д=15.
 Фабрика Братьев Воронцовых, конец XIX - начало XX вв.
Латунь, дерево, производство фабричное.Д=25. 
 Фабрика Воронцовых в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, производство фабричное. Д=27. 
 Товарищество паровой самоварной фабрики наследников Василия Степановича Баташова в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, производство фабричное. Д=22. 
 Самоварное заведение Шумского в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, производство фабричное. Д=22. 
 Самоварное производство первого товарищества в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, производство фабричное. Д=19,5. 
 Фабрика Б.Г.Тейле с сыновьями в Туле, конец XIX - начало XX в.
Металл, дерево, производство фабричное. Д=15. 
 Фабрика К.Д.Горенина в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Латунь, дерево, производство фабричное.
 Фабрика Василий Сергеевич Котырев он же Баташов в Туле, конец XIX - начало XX вв.
Металл, производство фабричное. Д=27. 
 Товарищество новой самоварной фабрики наследников В.С.Баташева, конец XIX - начало XX вв.
Металл, дерево, никелировка, производство фабричное. Д=15.
 Кофемолка ручная.
Великобритания, г.Бирмингем. Фирма \\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\"MANNREUTHER FPAUER & Co\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\", конец XIX - начало XX вв.
 Кофемолка ручная.
Начало XX в.
Дерево, металл,
производство фабричное.
14,5 x 14,5 x 22,
рукоятка 16 см.
 Кофемолка ручная.
Начало XX в.
Дерево, металл, производство фабричное.
13 x13 x 12,5.
 Кофемолка ручная.
Начало XX в.
Дерево, металл, производство фабричное.
 Кофейник.
Конец XIX - начало XX вв.
Металл, производство фабричное.
 Кофеварка спиртовая.
Начало XX в.
Жесть, стекло, производство фабричное. 18 x 37.
 

Коллекция колокольчиков
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.АлабинаДревнейшие предки колокола - бубенец и колокольчик были обнаружены учеными в быту многих народов: египтян, евреев, этрусков, скифов, римлян, греков, китайцев.

Одним из древнейших типов колоколов являются пастушьи колокольчики. С древности, их делали не литыми, а кованными из железа. Во многих странах мира именно кованое железо считалось способным противостоять любой магии.

На Руси такие колокольчики назывались боталами или клепалами, так как изделие склепывали (сшивали) по бокам заклепками. В конце XIX - начале XX веков появляются литые ботала, чуть сплюснутые, конической формы, однако они не получили большого распространения. У ботала глухой, неяркий голос, и сделано это сознательно. Замечено, что волки, медведи и прочие звери, способные причинить вред скоту, боятся глухого, неприятного звука ботала и не реагируют на звонкие, мелодичные голоса сувенирных колокольчиков. Кроме того, пастуший колокольчик исполняет и сигнальную функцию, помогая найти заблудившееся животное.

Колокола на Руси впервые упоминаются в летописях 988 года, что дает основание предполагать, что появились они еще раньше. В XV веке в России появились заводы по отливке колоколов. А органичное включение звонов в христианский православный обряд стало решающим фактором их распространения и развития. И к XVI веку колокола уже звучали по всей стране. Русские мастера изобрели новый способ звона - языковый (когда раскачивается язык колокола, а не сам колокол, как было в Западной Европе), это позволило отливать колокола очень больших размеров. К колоколам относились особо, почти как к живым существам. Им давали собственные имена («Царь–колокол» в Московском Кремле), узнавали по голосам.

А еще появилось типично русское явление - ямщицкие колокольчики. В конце XVIII века в России учредили \\\"образцовую почту\\\". Но западный почтовый рожок не прижился на русской земле. Доподлинно не известно, кто прицепил на дугу почтовой тройки колокольчик, но случилось это приблизительно в 70-е годы XVIII века. Первый центр производства таких колокольчиков был на Валдае.
Поддужный колокольчик вместе с бубенцами как непременный атрибут троечной запряжки был исключительно русским национальным явлением, даже символом России на протяжении полутора веков. Появившись во второй половине XVIII столетия, когда была упорядочена ямская гоньба и приведены в порядок дороги, поддужный колокольчик помещался на каждой почтовой или фельдъегерской тройке как сигнальное средство, отличающее государственную повозку от обывательской.

Пик популярности ямских колокольчиков приходится на первую половину XIX века. В декабре 1836 г. по просьбе Почтового ведомства был даже издан специальный закон, запрещающий неслужебным повозкам ездить со звоном и вносить сумятицу в работу почтовой службы. Тогда-то и появились бубенцы, запрет на которые не распространялся, и частные владельцы могли подвешивать их на лошадь в неограниченном количестве.

    в функции ямского колокольчика входило: освобождать дорогу для почтовой кареты, имеющей преимущественное право проезда;
    предотвращать столкновение встречных экипажей;
    чтобы ямщик на облучке не спал, или даже если заснет, то по ритму звучания колокольчика и сквозь сон мог определить изменение скорости движения и состояния дороги, и это его разбудит;
    отпугивать хищников и нечистую силу.

На протяжении всей истории бытования ямских колокольчиков спрос на них удовлетворялся, в основном, мастерами-самоучками, проживавшими в районах прохождения почтовых трактов. Литье колокольчиков было семейно-наследственным промыслом; каждый центр промысла имеет свои династии мастеров. Самым знаменитым и одним из самых ранних центров литья поддужных колокольчиков был город Валдай (до 1770 г.) Новгородской губернии. Валдайский колокольчик стал символом поддужного колокольчика вообще, во многих других местах отливались колокольчики с надписью \\\"Дар Валдая\\\". Наиболее известны заводы Смирновых (их было пять), Митрофанова, Стуколкина. Там нередко изготавливались как церковные колокола, так и поддужные. В 1851 г. вблизи Валдая прошла Николаевская железная дорога, которая лишила жителей заработков с извоза, так как главный почтовый тракт Москва-Петербург утратил былое значение. Объем производства колокольчиков с каждым годом сокращался. Сказывалась и конкуренция со стороны других центров. Помимо Валдая колокольчики отливались в г.Касимове Рязанской губернии, в г.Слободском Вятской губернии, в с.Пурех Нижегородской губернии, где было развернуто самое массовое производство колокольчиков во второй половине XIX – начале XX веков. Эти города были связаны с Сибирским трактом, который заменялся железными дорогами позднее, и производство колокольчиков продолжалось до 20-х годов ХХ века. Всего в России в XIX – начале XX в. действовало более 20 центров литья.

По данным сверки в коллекции колоколов и колокольчиков Самарского областного историко–краеведческого музея им. П.В.Алабина на 2005 год находится всего 38 единиц хранения, из них 4 колокола, 32 колокольчика и 2 ботала.

В коллекции СОИКМ представлено семь пурихских колокольчиков (заводов братьев Веденееевых, Ф.А.Веденеева, Алексея Макаровича Прошина, Егора Спиридоновича Клюикова, П.Г.Чернигина, Ф.М.Трошина) пять валдайских - с надписями «Дар Валдая», «Валдай: с серебром», «Купи, денег не жалей со мной ездить веселей», один тюменский - фабрики Поликарпа Гилеева 1820 г., один колокольчик - касимовский (Николая Ивановича Гучева 1833 г.), один - самарский (завода Буслаева). Кроме поддужных в нашей коллекции представлены два колокольчика, переданные нашему музею из Сызранского государственного банка в 1966 году. По звонку одного из них начиналась работа в операционном зале банка (1898–1917 гг.), а с помощью второго вызывали секретарей и курьеров к управляющему банком. Кроме того в нашей коллекции числится церковный колокол с надписью «Колокол лит на заводе наследниц саратовской купчихи Олимпиады Ивановны Медведевой в Саратове, весу 10 пудов 17 фунтов», в 1992 году по настоянию Самарской епархии он был передан на временное хранение в храм с.Хворостянка, откуда в свое время он и был привезен. Еще один колокол, представленный сейчас в экспозиции отдела истории прошлого, находился на дебаркадере №434 пристани \\\"Проран\\\", такие колокола находились до революции на пристанях и пароходах общества \\\"Самолет\\\", по низу юбки он имеет надпись \\\"Н-цы (наследницы) Н.А. Бакулева Л.Н. Кутяковой в Слободском Вятской губернии\\\". Еще один колокольчик из металла желтого цвета, украшенный выпуклым растительным орнаментом и изображениями человеческих лиц в медальонах был передан музею директором Университета Наяновой - Наяновой М.В. Каждый год этот колокольчик используется первого сентября и на последний звонок.
 Колокольчик поддужный
Нижегородская губ.,
с.Пурех,
конец XIX - начало XX века
Бронза, литье. Д=9, высота язычка-1,8см.
 Колокольчик поддужный
г.Валдай. Конец XIX в.
Металл, литье. Д=12, высота язычка - 1,8 см.
 Колокольчик поддужный
Нижегородская губ.,
с.Пурех. 1873 г.
Металл, литье. 9 x 10. Д=10,4.
 Колокольчик поддужный
1864 г. Медь, литье.
 Колокольчик поддужный
конец XIX - начало XX в.
Металл, литье
 Колокольчик поддужный
Нижегородская губ., с.Пурех, конец XIX - начало XX в.
Металл, литье. 10,5. Д=12, высота язычка- 1,8 см.
 

Коллекция серебра
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.АлабинаДревнейшие предки колокола - бубенец и колокольчик были обнаружены учеными в быту многих народов: египтян, евреев, этрусков, скифов, римлян, греков, китайцев.

Одним из древнейших типов колоколов являются пастушьи колокольчики. С древности, их делали не литыми, а кованными из железа. Во многих странах мира именно кованое железо считалось способным противостоять любой магии.

На Руси такие колокольчики назывались боталами или клепалами, так как изделие склепывали (сшивали) по бокам заклепками. В конце XIX - начале XX веков появляются литые ботала, чуть сплюснутые, конической формы, однако они не получили большого распространения. У ботала глухой, неяркий голос, и сделано это сознательно. Замечено, что волки, медведи и прочие звери, способные причинить вред скоту, боятся глухого, неприятного звука ботала и не реагируют на звонкие, мелодичные голоса сувенирных колокольчиков. Кроме того, пастуший колокольчик исполняет и сигнальную функцию, помогая найти заблудившееся животное.

Колокола на Руси впервые упоминаются в летописях 988 года, что дает основание предполагать, что появились они еще раньше. В XV веке в России появились заводы по отливке колоколов. А органичное включение звонов в христианский православный обряд стало решающим фактором их распространения и развития. И к XVI веку колокола уже звучали по всей стране. Русские мастера изобрели новый способ звона - языковый (когда раскачивается язык колокола, а не сам колокол, как было в Западной Европе), это позволило отливать колокола очень больших размеров. К колоколам относились особо, почти как к живым существам. Им давали собственные имена («Царь–колокол» в Московском Кремле), узнавали по голосам.

А еще появилось типично русское явление - ямщицкие колокольчики. В конце XVIII века в России учредили \\\"образцовую почту\\\". Но западный почтовый рожок не прижился на русской земле. Доподлинно не известно, кто прицепил на дугу почтовой тройки колокольчик, но случилось это приблизительно в 70-е годы XVIII века. Первый центр производства таких колокольчиков был на Валдае.
Поддужный колокольчик вместе с бубенцами как непременный атрибут троечной запряжки был исключительно русским национальным явлением, даже символом России на протяжении полутора веков. Появившись во второй половине XVIII столетия, когда была упорядочена ямская гоньба и приведены в порядок дороги, поддужный колокольчик помещался на каждой почтовой или фельдъегерской тройке как сигнальное средство, отличающее государственную повозку от обывательской.

Пик популярности ямских колокольчиков приходится на первую половину XIX века. В декабре 1836 г. по просьбе Почтового ведомства был даже издан специальный закон, запрещающий неслужебным повозкам ездить со звоном и вносить сумятицу в работу почтовой службы. Тогда-то и появились бубенцы, запрет на которые не распространялся, и частные владельцы могли подвешивать их на лошадь в неограниченном количестве.

    в функции ямского колокольчика входило: освобождать дорогу для почтовой кареты, имеющей преимущественное право проезда;
    предотвращать столкновение встречных экипажей;
    чтобы ямщик на облучке не спал, или даже если заснет, то по ритму звучания колокольчика и сквозь сон мог определить изменение скорости движения и состояния дороги, и это его разбудит;
    отпугивать хищников и нечистую силу.

На протяжении всей истории бытования ямских колокольчиков спрос на них удовлетворялся, в основном, мастерами-самоучками, проживавшими в районах прохождения почтовых трактов. Литье колокольчиков было семейно-наследственным промыслом; каждый центр промысла имеет свои династии мастеров. Самым знаменитым и одним из самых ранних центров литья поддужных колокольчиков был город Валдай (до 1770 г.) Новгородской губернии. Валдайский колокольчик стал символом поддужного колокольчика вообще, во многих других местах отливались колокольчики с надписью \\\"Дар Валдая\\\". Наиболее известны заводы Смирновых (их было пять), Митрофанова, Стуколкина. Там нередко изготавливались как церковные колокола, так и поддужные. В 1851 г. вблизи Валдая прошла Николаевская железная дорога, которая лишила жителей заработков с извоза, так как главный почтовый тракт Москва-Петербург утратил былое значение. Объем производства колокольчиков с каждым годом сокращался. Сказывалась и конкуренция со стороны других центров. Помимо Валдая колокольчики отливались в г.Касимове Рязанской губернии, в г.Слободском Вятской губернии, в с.Пурех Нижегородской губернии, где было развернуто самое массовое производство колокольчиков во второй половине XIX – начале XX веков. Эти города были связаны с Сибирским трактом, который заменялся железными дорогами позднее, и производство колокольчиков продолжалось до 20-х годов ХХ века. Всего в России в XIX – начале XX в. действовало более 20 центров литья.

По данным сверки в коллекции колоколов и колокольчиков Самарского областного историко–краеведческого музея им. П.В.Алабина на 2005 год находится всего 38 единиц хранения, из них 4 колокола, 32 колокольчика и 2 ботала.

В коллекции СОИКМ представлено семь пурихских колокольчиков (заводов братьев Веденееевых, Ф.А.Веденеева, Алексея Макаровича Прошина, Егора Спиридоновича Клюикова, П.Г.Чернигина, Ф.М.Трошина) пять валдайских - с надписями «Дар Валдая», «Валдай: с серебром», «Купи, денег не жалей со мной ездить веселей», один тюменский - фабрики Поликарпа Гилеева 1820 г., один колокольчик - касимовский (Николая Ивановича Гучева 1833 г.), один - самарский (завода Буслаева). Кроме поддужных в нашей коллекции представлены два колокольчика, переданные нашему музею из Сызранского государственного банка в 1966 году. По звонку одного из них начиналась работа в операционном зале банка (1898–1917 гг.), а с помощью второго вызывали секретарей и курьеров к управляющему банком. Кроме того в нашей коллекции числится церковный колокол с надписью «Колокол лит на заводе наследниц саратовской купчихи Олимпиады Ивановны Медведевой в Саратове, весу 10 пудов 17 фунтов», в 1992 году по настоянию Самарской епархии он был передан на временное хранение в храм с.Хворостянка, откуда в свое время он и был привезен. Еще один колокол, представленный сейчас в экспозиции отдела истории прошлого, находился на дебаркадере №434 пристани \\\"Проран\\\", такие колокола находились до революции на пристанях и пароходах общества \\\"Самолет\\\", по низу юбки он имеет надпись \\\"Н-цы (наследницы) Н.А. Бакулева Л.Н. Кутяковой в Слободском Вятской губернии\\\". Еще один колокольчик из металла желтого цвета, украшенный выпуклым растительным орнаментом и изображениями человеческих лиц в медальонах был передан музею директором Университета Наяновой - Наяновой М.В. Каждый год этот колокольчик используется первого сентября и на последний звонок.
 Запястье. Россия. XIX век. Серебро, сердолик. КП-735
 Серьги. Россия. XIX век. Серебро. КП-769
 Ножи столовые. Россия. Конец XIX - начало XX века. Серебро. КП-19689
 Пояс наборный. Грузия. Конец XIX - начало XX вв. Серебро. КП-19899
 Пояс наборный. Грузия. Конец XIX - начало XX вв. Серебро. КП-19898
 Браслет. Серебро. XIV в. Ф2-163
 Сюльгам. Барбашинский могильник. Серебро. XIV в. КП-15/9
 Украшение. Барбашинский могильник. Серебро. XIV в. КП-15/29
 Браслет. Барбашинский могильник. Серебро. XIV в. КП-23/1
 Поясной набор Серебро. IX в. КП-201
 Кольцо височное. XIV в. Серебро. Мордовский могильник близ с.Муранка Шигонского р-на Самарской обл. КП-131/1
 Браслет («блязег»). Нач.XX в. Металл. Стекло. КП-573
 Накладка с кольцевидной подвеской. V в. Серебро. Федоровское погребение. б.Самарская губ., Бузулукский уезд. КП-26148/3
 Медальон. Нач.XX в. Серебро. Сердолик. КП-576
 

Коллекция головных уборов
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.АлабинаДревнейшие предки колокола - бубенец и колокольчик были обнаружены учеными в быту многих народов: египтян, евреев, этрусков, скифов, римлян, греков, китайцев.

Одним из древнейших типов колоколов являются пастушьи колокольчики. С древности, их делали не литыми, а кованными из железа. Во многих странах мира именно кованое железо считалось способным противостоять любой магии.

На Руси такие колокольчики назывались боталами или клепалами, так как изделие склепывали (сшивали) по бокам заклепками. В конце XIX - начале XX веков появляются литые ботала, чуть сплюснутые, конической формы, однако они не получили большого распространения. У ботала глухой, неяркий голос, и сделано это сознательно. Замечено, что волки, медведи и прочие звери, способные причинить вред скоту, боятся глухого, неприятного звука ботала и не реагируют на звонкие, мелодичные голоса сувенирных колокольчиков. Кроме того, пастуший колокольчик исполняет и сигнальную функцию, помогая найти заблудившееся животное.

Колокола на Руси впервые упоминаются в летописях 988 года, что дает основание предполагать, что появились они еще раньше. В XV веке в России появились заводы по отливке колоколов. А органичное включение звонов в христианский православный обряд стало решающим фактором их распространения и развития. И к XVI веку колокола уже звучали по всей стране. Русские мастера изобрели новый способ звона - языковый (когда раскачивается язык колокола, а не сам колокол, как было в Западной Европе), это позволило отливать колокола очень больших размеров. К колоколам относились особо, почти как к живым существам. Им давали собственные имена («Царь–колокол» в Московском Кремле), узнавали по голосам.

А еще появилось типично русское явление - ямщицкие колокольчики. В конце XVIII века в России учредили \\\"образцовую почту\\\". Но западный почтовый рожок не прижился на русской земле. Доподлинно не известно, кто прицепил на дугу почтовой тройки колокольчик, но случилось это приблизительно в 70-е годы XVIII века. Первый центр производства таких колокольчиков был на Валдае.
Поддужный колокольчик вместе с бубенцами как непременный атрибут троечной запряжки был исключительно русским национальным явлением, даже символом России на протяжении полутора веков. Появившись во второй половине XVIII столетия, когда была упорядочена ямская гоньба и приведены в порядок дороги, поддужный колокольчик помещался на каждой почтовой или фельдъегерской тройке как сигнальное средство, отличающее государственную повозку от обывательской.

Пик популярности ямских колокольчиков приходится на первую половину XIX века. В декабре 1836 г. по просьбе Почтового ведомства был даже издан специальный закон, запрещающий неслужебным повозкам ездить со звоном и вносить сумятицу в работу почтовой службы. Тогда-то и появились бубенцы, запрет на которые не распространялся, и частные владельцы могли подвешивать их на лошадь в неограниченном количестве.

    в функции ямского колокольчика входило: освобождать дорогу для почтовой кареты, имеющей преимущественное право проезда;
    предотвращать столкновение встречных экипажей;
    чтобы ямщик на облучке не спал, или даже если заснет, то по ритму звучания колокольчика и сквозь сон мог определить изменение скорости движения и состояния дороги, и это его разбудит;
    отпугивать хищников и нечистую силу.

На протяжении всей истории бытования ямских колокольчиков спрос на них удовлетворялся, в основном, мастерами-самоучками, проживавшими в районах прохождения почтовых трактов. Литье колокольчиков было семейно-наследственным промыслом; каждый центр промысла имеет свои династии мастеров. Самым знаменитым и одним из самых ранних центров литья поддужных колокольчиков был город Валдай (до 1770 г.) Новгородской губернии. Валдайский колокольчик стал символом поддужного колокольчика вообще, во многих других местах отливались колокольчики с надписью \\\"Дар Валдая\\\". Наиболее известны заводы Смирновых (их было пять), Митрофанова, Стуколкина. Там нередко изготавливались как церковные колокола, так и поддужные. В 1851 г. вблизи Валдая прошла Николаевская железная дорога, которая лишила жителей заработков с извоза, так как главный почтовый тракт Москва-Петербург утратил былое значение. Объем производства колокольчиков с каждым годом сокращался. Сказывалась и конкуренция со стороны других центров. Помимо Валдая колокольчики отливались в г.Касимове Рязанской губернии, в г.Слободском Вятской губернии, в с.Пурех Нижегородской губернии, где было развернуто самое массовое производство колокольчиков во второй половине XIX – начале XX веков. Эти города были связаны с Сибирским трактом, который заменялся железными дорогами позднее, и производство колокольчиков продолжалось до 20-х годов ХХ века. Всего в России в XIX – начале XX в. действовало более 20 центров литья.

По данным сверки в коллекции колоколов и колокольчиков Самарского областного историко–краеведческого музея им. П.В.Алабина на 2005 год находится всего 38 единиц хранения, из них 4 колокола, 32 колокольчика и 2 ботала.

В коллекции СОИКМ представлено семь пурихских колокольчиков (заводов братьев Веденееевых, Ф.А.Веденеева, Алексея Макаровича Прошина, Егора Спиридоновича Клюикова, П.Г.Чернигина, Ф.М.Трошина) пять валдайских - с надписями «Дар Валдая», «Валдай: с серебром», «Купи, денег не жалей со мной ездить веселей», один тюменский - фабрики Поликарпа Гилеева 1820 г., один колокольчик - касимовский (Николая Ивановича Гучева 1833 г.), один - самарский (завода Буслаева). Кроме поддужных в нашей коллекции представлены два колокольчика, переданные нашему музею из Сызранского государственного банка в 1966 году. По звонку одного из них начиналась работа в операционном зале банка (1898–1917 гг.), а с помощью второго вызывали секретарей и курьеров к управляющему банком. Кроме того в нашей коллекции числится церковный колокол с надписью «Колокол лит на заводе наследниц саратовской купчихи Олимпиады Ивановны Медведевой в Саратове, весу 10 пудов 17 фунтов», в 1992 году по настоянию Самарской епархии он был передан на временное хранение в храм с.Хворостянка, откуда в свое время он и был привезен. Еще один колокол, представленный сейчас в экспозиции отдела истории прошлого, находился на дебаркадере №434 пристани \\\"Проран\\\", такие колокола находились до революции на пристанях и пароходах общества \\\"Самолет\\\", по низу юбки он имеет надпись \\\"Н-цы (наследницы) Н.А. Бакулева Л.Н. Кутяковой в Слободском Вятской губернии\\\". Еще один колокольчик из металла желтого цвета, украшенный выпуклым растительным орнаментом и изображениями человеческих лиц в медальонах был передан музею директором Университета Наяновой - Наяновой М.В. Каждый год этот колокольчик используется первого сентября и на последний звонок.
 Сурбан.
Конец XIX - начало XX вв.
Холст, работа ручная, шитье. 3 м; 2 м 40 см; 2 м 80 см. 
 Шлыган.
Конец XIX - начало XX вв.
Холст, нить шерстяная, работа ручная, вышивка, шитье. 24 x 63
 Хушпу.
Конец XIX - начало XX века.
Холст, бисер, работа ручная, шитье, нашивка. 17 x 27, длина хвоста 52 см.
 Чепец.
Самарская обл.,
Кинель-Черкасский р-н,
с.Винно-Банное,
конец XIX - начало XX вв.
Ткань хлопчатобумажная, вельвет, нить шерстяная, работа ручная, шитье, вышивка.
 Чехлик.
С. Старое Вечканово, конец XIX - начало XX вв.
Холст, сатин, работа ручная, шитье. 27x23.
 Подкладка \\\\\\\\\\\\\\\"Сюло\\\\\\\\\\\\\\\".
С.Старое Вечканово, конец XIX - начало XX вв.
Марля, шитье.
 Сорока.
Самарская обл.,
с. Шентала,
конец XIX - начало XX вв.
Холст, монеты, пуговицы, нить шерстяная, бисер, цепочки медные, работа ручная, шитье, нашивка.
 Косынка.
Нижегородская губ. Вторая половина XIX в.
Шелк, нить золотая, шитье, шитье золотом, работа ручная.
 Тухья.
Конец XIX - начало XX вв.
Полотно, бисер, бусы, монеты, работа ручная, шитье. 22 x15.
 Тюбетейка мужская.
Бархат, галун, ситец, вышивка.
 Калфак.
Бархат, бисер, вышивка.
16x14.
 Тохье.
Самарская обл., Ставропольский р-н, с.Березовый Солонец, конец XIX - начало XX вв.
Холст, раковина каури, бисер, бляшки, работа ручная, шитье, нашивка, низание.
 

Коллекция спичек
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.АлабинаДревнейшие предки колокола - бубенец и колокольчик были обнаружены учеными в быту многих народов: египтян, евреев, этрусков, скифов, римлян, греков, китайцев.

Одним из древнейших типов колоколов являются пастушьи колокольчики. С древности, их делали не литыми, а кованными из железа. Во многих странах мира именно кованое железо считалось способным противостоять любой магии.

На Руси такие колокольчики назывались боталами или клепалами, так как изделие склепывали (сшивали) по бокам заклепками. В конце XIX - начале XX веков появляются литые ботала, чуть сплюснутые, конической формы, однако они не получили большого распространения. У ботала глухой, неяркий голос, и сделано это сознательно. Замечено, что волки, медведи и прочие звери, способные причинить вред скоту, боятся глухого, неприятного звука ботала и не реагируют на звонкие, мелодичные голоса сувенирных колокольчиков. Кроме того, пастуший колокольчик исполняет и сигнальную функцию, помогая найти заблудившееся животное.

Колокола на Руси впервые упоминаются в летописях 988 года, что дает основание предполагать, что появились они еще раньше. В XV веке в России появились заводы по отливке колоколов. А органичное включение звонов в христианский православный обряд стало решающим фактором их распространения и развития. И к XVI веку колокола уже звучали по всей стране. Русские мастера изобрели новый способ звона - языковый (когда раскачивается язык колокола, а не сам колокол, как было в Западной Европе), это позволило отливать колокола очень больших размеров. К колоколам относились особо, почти как к живым существам. Им давали собственные имена («Царь–колокол» в Московском Кремле), узнавали по голосам.

А еще появилось типично русское явление - ямщицкие колокольчики. В конце XVIII века в России учредили \\\"образцовую почту\\\". Но западный почтовый рожок не прижился на русской земле. Доподлинно не известно, кто прицепил на дугу почтовой тройки колокольчик, но случилось это приблизительно в 70-е годы XVIII века. Первый центр производства таких колокольчиков был на Валдае.
Поддужный колокольчик вместе с бубенцами как непременный атрибут троечной запряжки был исключительно русским национальным явлением, даже символом России на протяжении полутора веков. Появившись во второй половине XVIII столетия, когда была упорядочена ямская гоньба и приведены в порядок дороги, поддужный колокольчик помещался на каждой почтовой или фельдъегерской тройке как сигнальное средство, отличающее государственную повозку от обывательской.

Пик популярности ямских колокольчиков приходится на первую половину XIX века. В декабре 1836 г. по просьбе Почтового ведомства был даже издан специальный закон, запрещающий неслужебным повозкам ездить со звоном и вносить сумятицу в работу почтовой службы. Тогда-то и появились бубенцы, запрет на которые не распространялся, и частные владельцы могли подвешивать их на лошадь в неограниченном количестве.

    в функции ямского колокольчика входило: освобождать дорогу для почтовой кареты, имеющей преимущественное право проезда;
    предотвращать столкновение встречных экипажей;
    чтобы ямщик на облучке не спал, или даже если заснет, то по ритму звучания колокольчика и сквозь сон мог определить изменение скорости движения и состояния дороги, и это его разбудит;
    отпугивать хищников и нечистую силу.

На протяжении всей истории бытования ямских колокольчиков спрос на них удовлетворялся, в основном, мастерами-самоучками, проживавшими в районах прохождения почтовых трактов. Литье колокольчиков было семейно-наследственным промыслом; каждый центр промысла имеет свои династии мастеров. Самым знаменитым и одним из самых ранних центров литья поддужных колокольчиков был город Валдай (до 1770 г.) Новгородской губернии. Валдайский колокольчик стал символом поддужного колокольчика вообще, во многих других местах отливались колокольчики с надписью \\\"Дар Валдая\\\". Наиболее известны заводы Смирновых (их было пять), Митрофанова, Стуколкина. Там нередко изготавливались как церковные колокола, так и поддужные. В 1851 г. вблизи Валдая прошла Николаевская железная дорога, которая лишила жителей заработков с извоза, так как главный почтовый тракт Москва-Петербург утратил былое значение. Объем производства колокольчиков с каждым годом сокращался. Сказывалась и конкуренция со стороны других центров. Помимо Валдая колокольчики отливались в г.Касимове Рязанской губернии, в г.Слободском Вятской губернии, в с.Пурех Нижегородской губернии, где было развернуто самое массовое производство колокольчиков во второй половине XIX – начале XX веков. Эти города были связаны с Сибирским трактом, который заменялся железными дорогами позднее, и производство колокольчиков продолжалось до 20-х годов ХХ века. Всего в России в XIX – начале XX в. действовало более 20 центров литья.

По данным сверки в коллекции колоколов и колокольчиков Самарского областного историко–краеведческого музея им. П.В.Алабина на 2005 год находится всего 38 единиц хранения, из них 4 колокола, 32 колокольчика и 2 ботала.

В коллекции СОИКМ представлено семь пурихских колокольчиков (заводов братьев Веденееевых, Ф.А.Веденеева, Алексея Макаровича Прошина, Егора Спиридоновича Клюикова, П.Г.Чернигина, Ф.М.Трошина) пять валдайских - с надписями «Дар Валдая», «Валдай: с серебром», «Купи, денег не жалей со мной ездить веселей», один тюменский - фабрики Поликарпа Гилеева 1820 г., один колокольчик - касимовский (Николая Ивановича Гучева 1833 г.), один - самарский (завода Буслаева). Кроме поддужных в нашей коллекции представлены два колокольчика, переданные нашему музею из Сызранского государственного банка в 1966 году. По звонку одного из них начиналась работа в операционном зале банка (1898–1917 гг.), а с помощью второго вызывали секретарей и курьеров к управляющему банком. Кроме того в нашей коллекции числится церковный колокол с надписью «Колокол лит на заводе наследниц саратовской купчихи Олимпиады Ивановны Медведевой в Саратове, весу 10 пудов 17 фунтов», в 1992 году по настоянию Самарской епархии он был передан на временное хранение в храм с.Хворостянка, откуда в свое время он и был привезен. Еще один колокол, представленный сейчас в экспозиции отдела истории прошлого, находился на дебаркадере №434 пристани \\\"Проран\\\", такие колокола находились до революции на пристанях и пароходах общества \\\"Самолет\\\", по низу юбки он имеет надпись \\\"Н-цы (наследницы) Н.А. Бакулева Л.Н. Кутяковой в Слободском Вятской губернии\\\". Еще один колокольчик из металла желтого цвета, украшенный выпуклым растительным орнаментом и изображениями человеческих лиц в медальонах был передан музею директором Университета Наяновой - Наяновой М.В. Каждый год этот колокольчик используется первого сентября и на последний звонок.Коллекция спичек

(опубликовано: Гергедава Н.А., 2005. «Продажа и покупка спичек без бандероля законом воспрещаются» (Коллекция спичек в фондах СОИКМ им.П.В.Алабина) // Из истории музейных коллекций. Вып.2. Самара. С.4-12)

Спички, как и любой предмет, имеют свою историю. Первые спички очень отличались от современных и пользовались ими по-другому. Они представляли собой длинные лучинки с белой головкой, в состав которой входило два вещества: сахар и бертолетова соль. Чтобы зажечь спичку, ее опускал в склянку с серной кислотой. Головка спички начинала шипеть и вспыхивала фиолетовым пламенем, издавая резкий неприятный запах. Но это химическое соединение легко взрывалось даже от незначительного толчка. И химики стремились усовершенствовать свое изобретение. Так, в начале 30-х гг. XIX в. для получения огня стали использовать белый фосфор. Этим спичкам уже не требовалась склянка с серной кислотой. Они зажигались трением о шероховатую поверхность .

Изобретение спичек приписывается немецкому химику Камереру, которому в 1833 г. удалось составить содержащую фосфор массу, легко воспламеняющуюся при трении о любую шероховатую поверхность. Это изобретение было приобретено венскими фабрикантами Ремером и Прешелем, которые впервые стали изготовлять спички фабричным путем . Выпускать их начали в разных странах, а с 1845 г. производство спичек стало быстро развиваться в Англии. В состав головки спичек сначала входил белый фосфор . Но само производство таких спичек оказалось очень опасным, так как, во-первых, фосфор очень ядовит, а, во-вторых, спички, содержащие в своей головке значительную долю фосфора, отличались легкой воспламеняемостью и были небезопасны при хранении. Технология же производства фосфорных спичек была очень проста, поэтому предприимчивые дельцы открывали множество спичечных фабрик.

В 1847 г. венский химик Шретер открыл аморфный (красный) фосфор, неядовитый и не обладающий способностью самовоспламеняться на воздухе. На его основе был приготовлен новый, безвредный, состав для спичек. Но чтобы внедрить новое изобретение в производство, требовалось изменить технологию, то есть перестраивать фабрики, делать новые затраты, что было невыгодно предпринимателям, поэтому они вначале недоброжелательно отнеслись к безопасным спичкам. Тем не менее, в конце концов предпринимателям пришлось уступить. Безопасные спички впервые появились в Швеции и стали известны с тех пор под названием “шведских” .

На этикетках спичечных коробок под красочными рисунками или рекламами фирм появилось слово “безопасные”. В разных странах принимались меры, способствовавшие распространению таких спичек и устранению из употребления фосфорных. А в 1903 г. Международный конгресс прикладной химии высказался за полное запрещение производства спичек с применением белого фосфора . В безопасных спичках масса для головок совсем не содержит фосфора, она состоит из смеси бертолетовой соли (или другого вещества, легко отдающего кислород) с серой или сернистой сурьмой, которые вместе с нейтральными и красящими веществами соединяются каким-нибудь связующим элементом. Такие спички не воспламеняются при трении о любую шероховатую поверхность, а для их зажигания необходимо иметь поверхность, намазанную особым составом, содержащим красный фосфор. Ее создают, нанося зажигательный состав на боковые грани спичечных коробок .

В начале XX в. крупнейшей в мире корпорацией по производству спичек была английская “Бритиш мэтч корпорейшн” (“БМК”). В свою очередь шведский финансист Ивар Крейгер создал мощный спичечный трест “Свенска тендстикс актиебулагет (“СТАБ”). В 1927 г. английские и шведские производители спичек объединились. Шведская компания стала контролировать значительную часть спичечного производства. А в 1932 г. шведский концерн потерпел крах. Ивар Крейгер, запутавшись в крупной финансовой афере, покончил жизнь самоубийством. “СТАБ” перешел под контроль финансовой группы Валленбергов и с помощью государственных средств в значительной мере удержал свои позиции на мировом рынке . Но это не изменило взаимоотношений “БМК” и “Свенска тендстикс” ни тогда , ни позже. Были между английской и шведской компаниями разногласия (споры возникали при дележе прибылей, из-за контрольных пакетов акций, распределения руководящих постов), но было и то, что их сближало. Агенты спичечного картеля в разных странах вели постоянную слежку за химиками-изобретателями, которые занимались проблемами усовершенствования спичечной промышленности. Так, изобретатели "вечной спички", ученые из Будапешта Загтар Фолди и Ресо Кониг и швейцарский изобретатель “многократно зажигающейся спички” Рингер не смогли противостоять монополистам.

В Россию спички вначале привозились из-за границы (из Гамбурга), а в 1837 г. начала выпускать фосфорные спички первая в России спичечная фабрика в Петербурге. В 1842 г. в одной Санкт-Петербургской губернии работало уже 9 фабрик при ежедневном производстве в 10 млн штук спичек. Цена на спички понизилась до 5 и даже 3 копеек медью за 100 штук. Одновременно с понижением цен прекратился и ввоз спичек из-за границы . Но вскоре производство спичек в России приняло характер кустарного промысла. Так, уже в 1843 и 1844 гг. было обнаружено, что изготовлением спичек занимаются в своих хозяйствах крестьяне. В связи с этим, 29 ноября 1848 г. был издан закон, который предусматривал: “1) чтобы заведения для выделки зажигательных спичек допускаемы были в одних столицах; 2) чтобы отпускаемые из фабрик для продажи спички были заделываемы по 1000 шт. в жестяные коробочки, с приклеенными к ним бандеролями, которые должны быть выдаваемы от городских дум, со внесением за всякий бандероль по одному рублю серебром в пользу городских доходов; 3) чтобы продажа зажигательных спичек в разнос была вовсе воспрещена” .
Законом от 8 мая 1850 г. был “воспрещен привоз из-за границы, Польши и Финляндии зажигательных химических спичек всякого рода”. Закон 1859 г. разрешал “повсеместно, как в Империи, так и в Польше, производить выделку фосфорных спичек и продажу их без особых ограничений”. Но в 1862 г. продажа белого фосфора как сильно действующего ядовитого вещества была ограничена, он стал отпускаться для заводского использования только по разрешению местной полиции. И многие фабрики, действовавшие до этого без разрешения, вынуждены были заявить о своем существовании для получения свидетельств на право покупки фосфора . В 1869 г. в России числилась уже 141 фабрика, что может быть объяснено лишь более тщательным учетом. С этого года как производство внутри страны, так и ввоз спичек из-за границы все возрастали до 1877 г., когда была введена оплата пошлин золотом . С этих пор ввоз спичек несколько сократился, тогда как внутреннее производство все увеличивалось, и в 1886 г. насчитывалось уже 317 фабрик с 16 тыс. рабочих и общей выработкой в 2,7 млн. ящиков (по 1 тыс. коробок в каждом). В результате концентрации производства в России в 1913 г. работало 115 спичечных фабрик с 21,8 тыс. рабочих и годовой продукцией в 4/4 млн. ящиков .

Шведские, или безопасные, спички стали использоваться в России вскоре после разрешения их ввоза из-за границы. Но, ввиду взятых в 1860 г. фирмой Ольденбург и Ко (в Финляндии) и бароном Фирксом привилегий на введение в России безопасных спичек, их не могли изготавливать на других фабриках, и поэтому такие спички не скоро вошли в употребление. Лишь в 70-х гг., по окончании срока привилегий, эти спички стали изготавливаться многими другими фабриками . Правительство долгое время считало необходимым поощрять развитие производства спичек и не обременять его налогом. Только в 1887 г. решено было обложить спички акцизом в форме бандерольного сбора. Устанавливалась обязательная норма ежегодного выбора бандеролей - для существующих фабрик в 1500 рублей, а для вновь открываемых в 3000 рублей, причем, с фабрик, работающих ручными станками, взимать патентный сбор 50 рублей, а с фабрик, использующих паровые машины - 150 рублей в год. На спички, ввозимые из-за границы, предполагалось наклеивать особую бандероль, обложив их повышенной ввозной пошлиной .

На этом основании и был установлен законами от 4 января 1888 г. и от 9 мая 1889 г. налог на зажигательные спички “в размере 1/4 копейки с помещения, в котором заключалось не более 75 штук, 1/2 копейки - с помещения от 75 до 150 штук, 3/4 копейки - с помещения от 150 до 225 штук и 1 копейки - с помещения от 225 до 300 штук”. Со спичек же иностранного производства, независимо от таможенной пошлины, акциз взимался в двойном размере . Но в то время министерство финансов не могло не считаться с тем фактом, что большинство фабрик России (около 85 %) еще производили дешевые и пользующиеся наибольшим спросом у массы населения спички с белым фосфором. Поэтому стеснение производства фосфорных спичек могло отрицательно сказаться на спичечной промышленности. Тем не менее, 16 ноября 1892 г. был принят закон, по которому фосфорные спички облагались двойным акцизом., по сравнению с бесфосфорными .

В собрании Самарского областного историко-краеведческого музея им. П.В. Алабина хранится коллекция спичек (более 40 единиц), изготовленных в разное время, иностранных и российских фабрик. Это "безопасные" спички. Спичечные коробки, в основном, изготовлены из деревянной стружки. Внутренняя и внешняя коробки обклеены бумагой разного цвета. На боковые стороны внешних коробок нанесен состав зажигательной смеси. Сами спички у большинства фирм квадратные в сечении, с коричневой головкой. Есть спички, окрашенные в разные цвета, с разноцветными головками. Небольшое количество спичек - круглые в сечении, также с разноцветными головками. Цвет спичечной головки определяется процентным соотношением компонентов массы. Используя те или иные краски или смешивая несколько красок, можно получить спичечные головки, окрашенные в любой цвет .

Представляют интерес спичечные коробки, заключенные в футляр. Их три, и все они иностранного производства. Одна из них большого размера (11,2 x 6,9 x 3,5), изготовлена шведской фирмой "Свенска тендстикс". Верхняя и нижняя коробки обклеены синей бумагой. На желтой этикетке – изображения многочисленных медалей, полученных на выставках, и надписи на шведском языке, отпечатанные краской черного и красного цвета. Изображения и надписи не все различимы из-за наклеенных сверху бандерольных лент. На оборотной стороне верхней коробки черной краской отпечатана торговая марка: изображение двух полушарий земли с фирменными надписями. На бело-зеленой бандерольной ленте – надписи: "АКЦИЗНЫЙ БАНДЕРОЛЬ ДЛЯ (ПОМЕЩЕНИЯ) НЕ БОЛЕЕ 300 шт." и "ПРОДАЖА И ПОКУПКА СПИЧЕК БЕЗЪ (БАНДЕРОЛЯ) ЗАКОНОМЪ ВОСПРЕЩАЮТСЯ". Коробка вставляется в темно-коричневый кожаный футляр, на котором сверху – цветное рельефное изображение виноградных листьев с гроздьями. На одной из боковых сторон – овальный вырез, открывающий поверхность на спичечной коробке, покрытую зажигательной смесью. Спичек в коробке нет.

Вторая коробка английской фирмы Брайант и Мэй (BRYANT & MAY); размер: 7 x 4,8 x 2,5; КП-18620/8. Нижняя коробка обклеена серой бумагой, верхняя – желтой. Изображения и надписи на английском языке отпечатаны черной краской: на одной стороне - название фирмы, торговая марка, извещение о том, что спички являются безопасными и неядовитыми, имеется и изображение призовых медалей; на другой стороне – изображение спичечной коробки в футляре и надписи о его безопасности, а также проставлена цена комплекта – 4 д. и имеется сообщение о том, что спичкам присуждены двадцать две призовые медали. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой. Коробка помещена в металлический футляр белого цвета, сверху желтый, на одной стороне которого изображен завод, на другой – изображения медалей и надписи. Все четыре боковые грани футляра имеют отверстия: малые – прямоугольные, большие – овальные.

Третья коробка - миниатюрная (размер: 4,2 x 2,2 x 1,1; КП-20006/2) так же, как и первая, шведского производства и тоже заключена в футляр. Верхняя коробка обклеена серой бумагой, нижняя – желтой. Этикетка желтовато-коричневая, с цветными изображениями и надписями: над северным полюсом земного шара, с языками пламени, парящий орел. Надписи на английском языке: "VULCAN" ("ВУЛКАН"), SAFETY MATCHES (БЕЗОПАСНЫЕ СПИЧКИ), SWEDEN (ШВЕЦИЯ).Футляр металлический, желтого цвета, в котором три боковые стороны открыты, то есть он состоит из двух пластинок, соединенных с одной стороны (в форме переплета книги). Добавление черной краски дает желто-черное изображение: на одной стороне – двух сидящих курильщиков, на другой – орнамента В коробке - несколько спичек, круглых в сечении, с коричневыми и малиновыми головками.

В собрании музея имеются еще две спичечные коробки иностранного, видимо, английского производства, фирмы "Критерион" ( CRITERION), но страна-производитель не указана (размер: 5,5 x 3,7 x 1,7; КП- 19026/5). Внутренняя и внешняя коробки обклеены синей бумагой. Этикетки желтые с надписями на английском языке, отпечатанными черной краской. Вместимость коробки – 47 спичек.

Значительную часть музейной коллекции составляют спички российского производства конца XIX-начала XX вв. и советского периода, выпущенные различными фабриками. Две коробки изготовлены Паровой спичечной фабрикой Ворожцовой и Ко в г. Слободском Вятской губернии (размер: 5,5 x 3,7 x 1,8; КП-20802/1-2). На одной из коробок производство обозначено как "Товарищество Г.И.Ворожцовой и Ко", основанное в 1860 г. На коробках имеются также изображения медалей и пометка: "Безопасные спички" Нижние коробки обклеены синей бумагой, верхние – розовой; печать выполнена черной краской. Сохранились фрагменты бандерольных лент для помещения не более 75 штук. Спички квадратные в сечении, розовые с желтой головкой.

Одна коробка изготовлена на фабрике Лапшина (размер: 4,2 x 2,8 x 1,2; КП-18620/8). Нижняя коробка обклеена синей бумагой, верхняя – желтой. С одной стороны в центре – изображения трех медалей и надписи, отпечатанные черной краской: "АКЦ. О-ВО СПИЧ. ФАБР. В.А.Лапшинъ"; "БЕЗОПАСНЫЯ СПИЧКИ. ТИПОГРАФIЯ ПРИ ФАБРИКЕ". С другой стороны – адреса склада в Петрограде и фабрики в д. Хотитово Новгородской губернии. Спички квадратные в сечении, красные с желтой головкой. Одна коробка (размер: 5,5 x 3,7 x 1,8; КП-16248) производства фабрики М.М.Витенберга в Гомеле (название другого города напечатано неразборчиво). Нижняя коробка обклеена желтой бумагой, верхняя – розовой. Этикетка желтая с нечетким и слегка смещенным изображением двугорбого верблюда и надписями, выполненными черной краской. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой.

Четыре коробки изготовлены на Паровой фабрике наследников С.П.Камендровского, существующей с 1858 г. (размер: 5,5 x 3,7 x 2; КП-16248 – 2 коробки; КП-18620/8 –1 коробка; ВСП.-7795 – 1 коробка). Вернее, на фабриках, так как из надписей на этикетках видно, что фабрики были в Нижнем (на одной коробке) и Верхнем Ломове (на трех коробках) Пензенской губернии. На двух коробках имеется надпись: "АКЦ. О-ВО СПИЧ. ФАБР." (в В.Ломове). Две нижние коробки обклеены синей бумагой, две – желтой; все верхние – желтой. Печатные элементы выполнены черной краской: изображения льва на островке и видимого наполовину солнца за горизонтом.; двух медалей, полученных на выставках в Пензе и Нижнем Новгороде. Под медалями – надпись: "ЭТИКЕТЪ УТВЕРЖ. ДЕПАРТ. ТОРГОВЛИ И МАНУФАКТУР". На двух коробках сохранилась бандерольная лента (на одной – частично, на другой – полностью) для помещения не более 75 штук. Одна коробка пустая; в двух коробках - спички квадратные в сечении с коричневой головкой; в одной – квадратного сечения, зеленые, с головкой терракотового цвета.

В Самаре с 1888 г. действовала спичечная фабрика “Волга”, принадлежавшая Л.Л. Зелихману Так, например, в "Памятной книжке Самарской губернии на 1909 г." в разделе: "Список фабрик, заводов и торгово-промышленных заведений г. Самары" упоминается и фабрика Зелихмана на Полевой улице . В музее имеется несколько коробок спичек, выпущенных этой фабрикой (3 коробки – КП-16247, 1 коробка – КП-18620/8) размером 5,7 x 3,7 x 2. Верхние и нижние коробки обклеены желтой бумагой. На обеих сторонах верхних коробок черной краской отпечатаны типографским способом изображение парохода с надписью “Фабрика “Волга”, медалей, полученных на выставках в 1896 и 1897 гг. ; надписи “Фабрика Л.Л. Зелихман в Самаре”, “Шведские спички 1-й сорт”. Сами спички - квадратные в сечении с коричневой головкой. Коробка опечатана бумажной лентой с надписями: “Продажа и покупка спичек без бандероля законом воспрещаются”, расположенными снизу и сверху ленты, и “Акцизный бандероль для помещения не более 75 штук”, проходящей по центру ленты. С этого количества спичек, помещенного в одну коробку, как отмечалось выше, взимался наименьший налог - 1/4 копейки. Вот без такого “бандероля” покупка спичек и не разрешалась.

В 20-е и 30-е гг.XX в. фабрики в Нижнем и Верхнем Ломове продолжали действовать. Сначала они находились в ведении Средне-Волжского Государственного Спичтреста. В собрании музея имеется пять спичечных коробок этого периода (размер: 5 x 3,7 x 1,6; КП-16248 – 1 коробка; П/у-694 – 4 коробки). Три нижние коробки обклеены синей бумагой; две другие и все верхние – бумагой желтых и розовых тонов. На верхних коробках, как и в более ранний период, - изображение льва, но оно отличается от прежнего. А на одной коробке изображение льва тоже несколько иное, и за ним вдалеке видны пирамиды и пальмы. На всех коробках имеется надпись: "Фабрика им. Чапаева в Самаре". Ведь Самара в то время входила в Средне-Волжский край, и здесь, видимо, был филиал фабрики, расположенной в Н.Ломове. Цена одной коробки спичек была 1 1/2 копейки. Спички во всех этих коробках квадратные в сечении с коричневой головкой.

Часть коллекции спичек относится к периоду, когда производство спичек перешло в ведение Наркомлеса Главспичпрома РСФСР. Одна коробка изготовлена на фабрике "Победа" в г. Верхнем Ломове (размер5 x 3,7 x 1,6; П/у-694). Нижняя коробка обклеена серой бумагой, верхняя – желтой. Этикетка желтая, а изображения и надписи цвета "бордо": пилот в шлеме и летательный аппарат с надписью "СССР". В коробке должно быть 52 спички по цене 3 коп. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой.

Есть спички разных фабрик, выпущенные в этот период. Две коробки миниатюрные (размер: 4 x 2,5 x 1,4; КП-20225/1, П/у-694), изготовлены фабрикой "МАЛЮТКА" в Новозыбкове Орловской области. Одна коробка обклеена синей бумагой, другая – серой. Этикетки – желтые, печать – черная. В коробке должно быть 38 спичек по цене 2 коп. В одной коробке спичек нет, в другой они квадратные в сечении с коричневой головкой. Еще три коробки изготовлены в Новозыбкове, но уже фабрикой "ВОЛНА РЕВОЛЮЦИИ". Все коробки обклеены синей бумагой, с желтыми этикетками. Обозначено количество спичек в коробке – 52 шт. по цене 2к. Но на двух коробках, как и на предыдущих, указан г. Новозыбков Орловской обл. (эти коробки пустые), а на одной – "Новозыбков. Брянский Лесо-Бум–Спич-Комбинат" (спички квадратные в сечении с коричневой головкой).

Одна коробка изготовлена фабрикой "ГИГАНТ" им. Ворошилова (размер: 5 x 3,5 x 1,5 ; КП-20225/2) в г. Калуге Тульской обл. Верхняя и нижняя коробки обклеены синей бумагой, этикетка желтая, с синей и красной печатью. Обозначены количество спичек в коробке – 52 шт., цена – 2 коп. и год – 1939. Одна коробка (размер: 5 x 3,7 x 1,6; П/у-694) производства фабрики "РЕВПУТЬ" на ст. Злынка. Верхняя и нижняя коробки обклеены бумагой серовато-желтого цвета, с такого же цвета этикеткой. На этикетке черной краской напечатано: сверху – изображение ленты с надписью "ЗАПСПИЧТРЕСТ", ниже, между двумя горящими факелами – название фабрики, место изготовления и цена – 1 1/2 коп. В коробке несколько спичек, квадратных в сечении с коричневой головкой. И одна коробка изготовлена в Белоруссии (размер: 5 x 3,7 x 1,6; П/у-694). Нижняя и верхняя коробки обклеены темно-синей бумагой. Этикетка желтая, в центре которой, в черном прямоугольнике – желтая спичка с красной головкой и слово "СССР", напечатанное красными буквами; их обрамляют надписи на белорусском языке: "Ф-ка X ОКТЯБРЬ", "г. РЭЧЫЦА, БССР", "НАРКОМЛЕС ГЛОУСПIЧПРОМ", "у кар. 52 шт.", "цана 3 кап.".

Есть в фондах музея и спички в виде тонких пластин, упакованных в пачки (КП-17724/6). Всего 7 пачек, размером 5,5 x 5,5, по две пластины в каждой, и два комплекта без упаковок. Квадратные пластины тонкой фанеры (одна выше, другая ниже) до половины разделены продольными надрезами, образуя спички конусовидной формы с головками неопределенного цвета (смесь зеленого, коричневого, серого тонов). Спички-пластины вложены в футляр, представляющий собой полосу тонкого картона грубой выделки, сложенную в три раза. На загнутую внутрь часть футляра , ниже вложенных в него спичек, нанесена полоса зажигательного состава. При употреблении спички обламываются и зажигаются об эту полосу. В новой пачке на каждой пластине должно быть по 14 спичек. Такое количество только в одной пачке. В других – от 9 до 13 спичек. На шести пачках , в сложенном виде, с одной стороны поверхность коричневого цвета, с изображением рук, одна из которых держит раскрытую пачку со спичками, другая – отделенную спичку; ниже наискосок прописным шрифтом красного цвета напечатано: "СПИЧКИ". С другой стороны, на открывающейся части футляра коричневым шрифтом напечатано: "УПРАВЛЕНИЕ ЛЕСОПРОМКООПЕРАЦИИ при Совете Министров РСФСР. КУЙБЫШЕВСКИЙ ОБЛЛЕСПРОМСОЮЗ. АРТЕЛЬ "ТРУД". с. Сосновка, Куйбыш. обл." Одна пачка без изображений и надписей.

Время формирования коллекции - с начала 60-х до конца 90-х гг. XX в. Основной источник поступления – частные лица города. Часть коллекции поступила в музей в результате экспедиций по области: в Богатовский и Похвистневский районы, на Первомайский асфальтовый завод, а также из клуба коллекционеров.
 Спички шведской фирмы \\\\\\\"Свенска Тендстикс\\\\\\\". Начало XX в.
 Спички английской фирмы \\\\\\\"Brayant & May\\\\\\\'s\\\\\\\".
 Спички пензенской Паровой фабрики С.П.Камендровского. Начало XX в.
 Спички куйбышевской артели \\\\\\\"Труд\\\\\\\". 
 Спички шведской фирмы \\\\\\\"Вулкан\\\\\\\". Начало XX в.
 Спички самарской фабрики Л.Л.Зелихмана. Начало XX в.
 

Курительные принадлежности
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.АлабинаДревнейшие предки колокола - бубенец и колокольчик были обнаружены учеными в быту многих народов: египтян, евреев, этрусков, скифов, римлян, греков, китайцев.

Одним из древнейших типов колоколов являются пастушьи колокольчики. С древности, их делали не литыми, а кованными из железа. Во многих странах мира именно кованое железо считалось способным противостоять любой магии.

На Руси такие колокольчики назывались боталами или клепалами, так как изделие склепывали (сшивали) по бокам заклепками. В конце XIX - начале XX веков появляются литые ботала, чуть сплюснутые, конической формы, однако они не получили большого распространения. У ботала глухой, неяркий голос, и сделано это сознательно. Замечено, что волки, медведи и прочие звери, способные причинить вред скоту, боятся глухого, неприятного звука ботала и не реагируют на звонкие, мелодичные голоса сувенирных колокольчиков. Кроме того, пастуший колокольчик исполняет и сигнальную функцию, помогая найти заблудившееся животное.

Колокола на Руси впервые упоминаются в летописях 988 года, что дает основание предполагать, что появились они еще раньше. В XV веке в России появились заводы по отливке колоколов. А органичное включение звонов в христианский православный обряд стало решающим фактором их распространения и развития. И к XVI веку колокола уже звучали по всей стране. Русские мастера изобрели новый способ звона - языковый (когда раскачивается язык колокола, а не сам колокол, как было в Западной Европе), это позволило отливать колокола очень больших размеров. К колоколам относились особо, почти как к живым существам. Им давали собственные имена («Царь–колокол» в Московском Кремле), узнавали по голосам.

А еще появилось типично русское явление - ямщицкие колокольчики. В конце XVIII века в России учредили \\\"образцовую почту\\\". Но западный почтовый рожок не прижился на русской земле. Доподлинно не известно, кто прицепил на дугу почтовой тройки колокольчик, но случилось это приблизительно в 70-е годы XVIII века. Первый центр производства таких колокольчиков был на Валдае.
Поддужный колокольчик вместе с бубенцами как непременный атрибут троечной запряжки был исключительно русским национальным явлением, даже символом России на протяжении полутора веков. Появившись во второй половине XVIII столетия, когда была упорядочена ямская гоньба и приведены в порядок дороги, поддужный колокольчик помещался на каждой почтовой или фельдъегерской тройке как сигнальное средство, отличающее государственную повозку от обывательской.

Пик популярности ямских колокольчиков приходится на первую половину XIX века. В декабре 1836 г. по просьбе Почтового ведомства был даже издан специальный закон, запрещающий неслужебным повозкам ездить со звоном и вносить сумятицу в работу почтовой службы. Тогда-то и появились бубенцы, запрет на которые не распространялся, и частные владельцы могли подвешивать их на лошадь в неограниченном количестве.

    в функции ямского колокольчика входило: освобождать дорогу для почтовой кареты, имеющей преимущественное право проезда;
    предотвращать столкновение встречных экипажей;
    чтобы ямщик на облучке не спал, или даже если заснет, то по ритму звучания колокольчика и сквозь сон мог определить изменение скорости движения и состояния дороги, и это его разбудит;
    отпугивать хищников и нечистую силу.

На протяжении всей истории бытования ямских колокольчиков спрос на них удовлетворялся, в основном, мастерами-самоучками, проживавшими в районах прохождения почтовых трактов. Литье колокольчиков было семейно-наследственным промыслом; каждый центр промысла имеет свои династии мастеров. Самым знаменитым и одним из самых ранних центров литья поддужных колокольчиков был город Валдай (до 1770 г.) Новгородской губернии. Валдайский колокольчик стал символом поддужного колокольчика вообще, во многих других местах отливались колокольчики с надписью \\\"Дар Валдая\\\". Наиболее известны заводы Смирновых (их было пять), Митрофанова, Стуколкина. Там нередко изготавливались как церковные колокола, так и поддужные. В 1851 г. вблизи Валдая прошла Николаевская железная дорога, которая лишила жителей заработков с извоза, так как главный почтовый тракт Москва-Петербург утратил былое значение. Объем производства колокольчиков с каждым годом сокращался. Сказывалась и конкуренция со стороны других центров. Помимо Валдая колокольчики отливались в г.Касимове Рязанской губернии, в г.Слободском Вятской губернии, в с.Пурех Нижегородской губернии, где было развернуто самое массовое производство колокольчиков во второй половине XIX – начале XX веков. Эти города были связаны с Сибирским трактом, который заменялся железными дорогами позднее, и производство колокольчиков продолжалось до 20-х годов ХХ века. Всего в России в XIX – начале XX в. действовало более 20 центров литья.

По данным сверки в коллекции колоколов и колокольчиков Самарского областного историко–краеведческого музея им. П.В.Алабина на 2005 год находится всего 38 единиц хранения, из них 4 колокола, 32 колокольчика и 2 ботала.

В коллекции СОИКМ представлено семь пурихских колокольчиков (заводов братьев Веденееевых, Ф.А.Веденеева, Алексея Макаровича Прошина, Егора Спиридоновича Клюикова, П.Г.Чернигина, Ф.М.Трошина) пять валдайских - с надписями «Дар Валдая», «Валдай: с серебром», «Купи, денег не жалей со мной ездить веселей», один тюменский - фабрики Поликарпа Гилеева 1820 г., один колокольчик - касимовский (Николая Ивановича Гучева 1833 г.), один - самарский (завода Буслаева). Кроме поддужных в нашей коллекции представлены два колокольчика, переданные нашему музею из Сызранского государственного банка в 1966 году. По звонку одного из них начиналась работа в операционном зале банка (1898–1917 гг.), а с помощью второго вызывали секретарей и курьеров к управляющему банком. Кроме того в нашей коллекции числится церковный колокол с надписью «Колокол лит на заводе наследниц саратовской купчихи Олимпиады Ивановны Медведевой в Саратове, весу 10 пудов 17 фунтов», в 1992 году по настоянию Самарской епархии он был передан на временное хранение в храм с.Хворостянка, откуда в свое время он и был привезен. Еще один колокол, представленный сейчас в экспозиции отдела истории прошлого, находился на дебаркадере №434 пристани \\\"Проран\\\", такие колокола находились до революции на пристанях и пароходах общества \\\"Самолет\\\", по низу юбки он имеет надпись \\\"Н-цы (наследницы) Н.А. Бакулева Л.Н. Кутяковой в Слободском Вятской губернии\\\". Еще один колокольчик из металла желтого цвета, украшенный выпуклым растительным орнаментом и изображениями человеческих лиц в медальонах был передан музею директором Университета Наяновой - Наяновой М.В. Каждый год этот колокольчик используется первого сентября и на последний звонок.Коллекция спичек

(опубликовано: Гергедава Н.А., 2005. «Продажа и покупка спичек без бандероля законом воспрещаются» (Коллекция спичек в фондах СОИКМ им.П.В.Алабина) // Из истории музейных коллекций. Вып.2. Самара. С.4-12)

Спички, как и любой предмет, имеют свою историю. Первые спички очень отличались от современных и пользовались ими по-другому. Они представляли собой длинные лучинки с белой головкой, в состав которой входило два вещества: сахар и бертолетова соль. Чтобы зажечь спичку, ее опускал в склянку с серной кислотой. Головка спички начинала шипеть и вспыхивала фиолетовым пламенем, издавая резкий неприятный запах. Но это химическое соединение легко взрывалось даже от незначительного толчка. И химики стремились усовершенствовать свое изобретение. Так, в начале 30-х гг. XIX в. для получения огня стали использовать белый фосфор. Этим спичкам уже не требовалась склянка с серной кислотой. Они зажигались трением о шероховатую поверхность .

Изобретение спичек приписывается немецкому химику Камереру, которому в 1833 г. удалось составить содержащую фосфор массу, легко воспламеняющуюся при трении о любую шероховатую поверхность. Это изобретение было приобретено венскими фабрикантами Ремером и Прешелем, которые впервые стали изготовлять спички фабричным путем . Выпускать их начали в разных странах, а с 1845 г. производство спичек стало быстро развиваться в Англии. В состав головки спичек сначала входил белый фосфор . Но само производство таких спичек оказалось очень опасным, так как, во-первых, фосфор очень ядовит, а, во-вторых, спички, содержащие в своей головке значительную долю фосфора, отличались легкой воспламеняемостью и были небезопасны при хранении. Технология же производства фосфорных спичек была очень проста, поэтому предприимчивые дельцы открывали множество спичечных фабрик.

В 1847 г. венский химик Шретер открыл аморфный (красный) фосфор, неядовитый и не обладающий способностью самовоспламеняться на воздухе. На его основе был приготовлен новый, безвредный, состав для спичек. Но чтобы внедрить новое изобретение в производство, требовалось изменить технологию, то есть перестраивать фабрики, делать новые затраты, что было невыгодно предпринимателям, поэтому они вначале недоброжелательно отнеслись к безопасным спичкам. Тем не менее, в конце концов предпринимателям пришлось уступить. Безопасные спички впервые появились в Швеции и стали известны с тех пор под названием “шведских” .

На этикетках спичечных коробок под красочными рисунками или рекламами фирм появилось слово “безопасные”. В разных странах принимались меры, способствовавшие распространению таких спичек и устранению из употребления фосфорных. А в 1903 г. Международный конгресс прикладной химии высказался за полное запрещение производства спичек с применением белого фосфора . В безопасных спичках масса для головок совсем не содержит фосфора, она состоит из смеси бертолетовой соли (или другого вещества, легко отдающего кислород) с серой или сернистой сурьмой, которые вместе с нейтральными и красящими веществами соединяются каким-нибудь связующим элементом. Такие спички не воспламеняются при трении о любую шероховатую поверхность, а для их зажигания необходимо иметь поверхность, намазанную особым составом, содержащим красный фосфор. Ее создают, нанося зажигательный состав на боковые грани спичечных коробок .

В начале XX в. крупнейшей в мире корпорацией по производству спичек была английская “Бритиш мэтч корпорейшн” (“БМК”). В свою очередь шведский финансист Ивар Крейгер создал мощный спичечный трест “Свенска тендстикс актиебулагет (“СТАБ”). В 1927 г. английские и шведские производители спичек объединились. Шведская компания стала контролировать значительную часть спичечного производства. А в 1932 г. шведский концерн потерпел крах. Ивар Крейгер, запутавшись в крупной финансовой афере, покончил жизнь самоубийством. “СТАБ” перешел под контроль финансовой группы Валленбергов и с помощью государственных средств в значительной мере удержал свои позиции на мировом рынке . Но это не изменило взаимоотношений “БМК” и “Свенска тендстикс” ни тогда , ни позже. Были между английской и шведской компаниями разногласия (споры возникали при дележе прибылей, из-за контрольных пакетов акций, распределения руководящих постов), но было и то, что их сближало. Агенты спичечного картеля в разных странах вели постоянную слежку за химиками-изобретателями, которые занимались проблемами усовершенствования спичечной промышленности. Так, изобретатели "вечной спички", ученые из Будапешта Загтар Фолди и Ресо Кониг и швейцарский изобретатель “многократно зажигающейся спички” Рингер не смогли противостоять монополистам.

В Россию спички вначале привозились из-за границы (из Гамбурга), а в 1837 г. начала выпускать фосфорные спички первая в России спичечная фабрика в Петербурге. В 1842 г. в одной Санкт-Петербургской губернии работало уже 9 фабрик при ежедневном производстве в 10 млн штук спичек. Цена на спички понизилась до 5 и даже 3 копеек медью за 100 штук. Одновременно с понижением цен прекратился и ввоз спичек из-за границы . Но вскоре производство спичек в России приняло характер кустарного промысла. Так, уже в 1843 и 1844 гг. было обнаружено, что изготовлением спичек занимаются в своих хозяйствах крестьяне. В связи с этим, 29 ноября 1848 г. был издан закон, который предусматривал: “1) чтобы заведения для выделки зажигательных спичек допускаемы были в одних столицах; 2) чтобы отпускаемые из фабрик для продажи спички были заделываемы по 1000 шт. в жестяные коробочки, с приклеенными к ним бандеролями, которые должны быть выдаваемы от городских дум, со внесением за всякий бандероль по одному рублю серебром в пользу городских доходов; 3) чтобы продажа зажигательных спичек в разнос была вовсе воспрещена” .
Законом от 8 мая 1850 г. был “воспрещен привоз из-за границы, Польши и Финляндии зажигательных химических спичек всякого рода”. Закон 1859 г. разрешал “повсеместно, как в Империи, так и в Польше, производить выделку фосфорных спичек и продажу их без особых ограничений”. Но в 1862 г. продажа белого фосфора как сильно действующего ядовитого вещества была ограничена, он стал отпускаться для заводского использования только по разрешению местной полиции. И многие фабрики, действовавшие до этого без разрешения, вынуждены были заявить о своем существовании для получения свидетельств на право покупки фосфора . В 1869 г. в России числилась уже 141 фабрика, что может быть объяснено лишь более тщательным учетом. С этого года как производство внутри страны, так и ввоз спичек из-за границы все возрастали до 1877 г., когда была введена оплата пошлин золотом . С этих пор ввоз спичек несколько сократился, тогда как внутреннее производство все увеличивалось, и в 1886 г. насчитывалось уже 317 фабрик с 16 тыс. рабочих и общей выработкой в 2,7 млн. ящиков (по 1 тыс. коробок в каждом). В результате концентрации производства в России в 1913 г. работало 115 спичечных фабрик с 21,8 тыс. рабочих и годовой продукцией в 4/4 млн. ящиков .

Шведские, или безопасные, спички стали использоваться в России вскоре после разрешения их ввоза из-за границы. Но, ввиду взятых в 1860 г. фирмой Ольденбург и Ко (в Финляндии) и бароном Фирксом привилегий на введение в России безопасных спичек, их не могли изготавливать на других фабриках, и поэтому такие спички не скоро вошли в употребление. Лишь в 70-х гг., по окончании срока привилегий, эти спички стали изготавливаться многими другими фабриками . Правительство долгое время считало необходимым поощрять развитие производства спичек и не обременять его налогом. Только в 1887 г. решено было обложить спички акцизом в форме бандерольного сбора. Устанавливалась обязательная норма ежегодного выбора бандеролей - для существующих фабрик в 1500 рублей, а для вновь открываемых в 3000 рублей, причем, с фабрик, работающих ручными станками, взимать патентный сбор 50 рублей, а с фабрик, использующих паровые машины - 150 рублей в год. На спички, ввозимые из-за границы, предполагалось наклеивать особую бандероль, обложив их повышенной ввозной пошлиной .

На этом основании и был установлен законами от 4 января 1888 г. и от 9 мая 1889 г. налог на зажигательные спички “в размере 1/4 копейки с помещения, в котором заключалось не более 75 штук, 1/2 копейки - с помещения от 75 до 150 штук, 3/4 копейки - с помещения от 150 до 225 штук и 1 копейки - с помещения от 225 до 300 штук”. Со спичек же иностранного производства, независимо от таможенной пошлины, акциз взимался в двойном размере . Но в то время министерство финансов не могло не считаться с тем фактом, что большинство фабрик России (около 85 %) еще производили дешевые и пользующиеся наибольшим спросом у массы населения спички с белым фосфором. Поэтому стеснение производства фосфорных спичек могло отрицательно сказаться на спичечной промышленности. Тем не менее, 16 ноября 1892 г. был принят закон, по которому фосфорные спички облагались двойным акцизом., по сравнению с бесфосфорными .

В собрании Самарского областного историко-краеведческого музея им. П.В. Алабина хранится коллекция спичек (более 40 единиц), изготовленных в разное время, иностранных и российских фабрик. Это "безопасные" спички. Спичечные коробки, в основном, изготовлены из деревянной стружки. Внутренняя и внешняя коробки обклеены бумагой разного цвета. На боковые стороны внешних коробок нанесен состав зажигательной смеси. Сами спички у большинства фирм квадратные в сечении, с коричневой головкой. Есть спички, окрашенные в разные цвета, с разноцветными головками. Небольшое количество спичек - круглые в сечении, также с разноцветными головками. Цвет спичечной головки определяется процентным соотношением компонентов массы. Используя те или иные краски или смешивая несколько красок, можно получить спичечные головки, окрашенные в любой цвет .

Представляют интерес спичечные коробки, заключенные в футляр. Их три, и все они иностранного производства. Одна из них большого размера (11,2 x 6,9 x 3,5), изготовлена шведской фирмой "Свенска тендстикс". Верхняя и нижняя коробки обклеены синей бумагой. На желтой этикетке – изображения многочисленных медалей, полученных на выставках, и надписи на шведском языке, отпечатанные краской черного и красного цвета. Изображения и надписи не все различимы из-за наклеенных сверху бандерольных лент. На оборотной стороне верхней коробки черной краской отпечатана торговая марка: изображение двух полушарий земли с фирменными надписями. На бело-зеленой бандерольной ленте – надписи: "АКЦИЗНЫЙ БАНДЕРОЛЬ ДЛЯ (ПОМЕЩЕНИЯ) НЕ БОЛЕЕ 300 шт." и "ПРОДАЖА И ПОКУПКА СПИЧЕК БЕЗЪ (БАНДЕРОЛЯ) ЗАКОНОМЪ ВОСПРЕЩАЮТСЯ". Коробка вставляется в темно-коричневый кожаный футляр, на котором сверху – цветное рельефное изображение виноградных листьев с гроздьями. На одной из боковых сторон – овальный вырез, открывающий поверхность на спичечной коробке, покрытую зажигательной смесью. Спичек в коробке нет.

Вторая коробка английской фирмы Брайант и Мэй (BRYANT & MAY); размер: 7 x 4,8 x 2,5; КП-18620/8. Нижняя коробка обклеена серой бумагой, верхняя – желтой. Изображения и надписи на английском языке отпечатаны черной краской: на одной стороне - название фирмы, торговая марка, извещение о том, что спички являются безопасными и неядовитыми, имеется и изображение призовых медалей; на другой стороне – изображение спичечной коробки в футляре и надписи о его безопасности, а также проставлена цена комплекта – 4 д. и имеется сообщение о том, что спичкам присуждены двадцать две призовые медали. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой. Коробка помещена в металлический футляр белого цвета, сверху желтый, на одной стороне которого изображен завод, на другой – изображения медалей и надписи. Все четыре боковые грани футляра имеют отверстия: малые – прямоугольные, большие – овальные.

Третья коробка - миниатюрная (размер: 4,2 x 2,2 x 1,1; КП-20006/2) так же, как и первая, шведского производства и тоже заключена в футляр. Верхняя коробка обклеена серой бумагой, нижняя – желтой. Этикетка желтовато-коричневая, с цветными изображениями и надписями: над северным полюсом земного шара, с языками пламени, парящий орел. Надписи на английском языке: "VULCAN" ("ВУЛКАН"), SAFETY MATCHES (БЕЗОПАСНЫЕ СПИЧКИ), SWEDEN (ШВЕЦИЯ).Футляр металлический, желтого цвета, в котором три боковые стороны открыты, то есть он состоит из двух пластинок, соединенных с одной стороны (в форме переплета книги). Добавление черной краски дает желто-черное изображение: на одной стороне – двух сидящих курильщиков, на другой – орнамента В коробке - несколько спичек, круглых в сечении, с коричневыми и малиновыми головками.

В собрании музея имеются еще две спичечные коробки иностранного, видимо, английского производства, фирмы "Критерион" ( CRITERION), но страна-производитель не указана (размер: 5,5 x 3,7 x 1,7; КП- 19026/5). Внутренняя и внешняя коробки обклеены синей бумагой. Этикетки желтые с надписями на английском языке, отпечатанными черной краской. Вместимость коробки – 47 спичек.

Значительную часть музейной коллекции составляют спички российского производства конца XIX-начала XX вв. и советского периода, выпущенные различными фабриками. Две коробки изготовлены Паровой спичечной фабрикой Ворожцовой и Ко в г. Слободском Вятской губернии (размер: 5,5 x 3,7 x 1,8; КП-20802/1-2). На одной из коробок производство обозначено как "Товарищество Г.И.Ворожцовой и Ко", основанное в 1860 г. На коробках имеются также изображения медалей и пометка: "Безопасные спички" Нижние коробки обклеены синей бумагой, верхние – розовой; печать выполнена черной краской. Сохранились фрагменты бандерольных лент для помещения не более 75 штук. Спички квадратные в сечении, розовые с желтой головкой.

Одна коробка изготовлена на фабрике Лапшина (размер: 4,2 x 2,8 x 1,2; КП-18620/8). Нижняя коробка обклеена синей бумагой, верхняя – желтой. С одной стороны в центре – изображения трех медалей и надписи, отпечатанные черной краской: "АКЦ. О-ВО СПИЧ. ФАБР. В.А.Лапшинъ"; "БЕЗОПАСНЫЯ СПИЧКИ. ТИПОГРАФIЯ ПРИ ФАБРИКЕ". С другой стороны – адреса склада в Петрограде и фабрики в д. Хотитово Новгородской губернии. Спички квадратные в сечении, красные с желтой головкой. Одна коробка (размер: 5,5 x 3,7 x 1,8; КП-16248) производства фабрики М.М.Витенберга в Гомеле (название другого города напечатано неразборчиво). Нижняя коробка обклеена желтой бумагой, верхняя – розовой. Этикетка желтая с нечетким и слегка смещенным изображением двугорбого верблюда и надписями, выполненными черной краской. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой.

Четыре коробки изготовлены на Паровой фабрике наследников С.П.Камендровского, существующей с 1858 г. (размер: 5,5 x 3,7 x 2; КП-16248 – 2 коробки; КП-18620/8 –1 коробка; ВСП.-7795 – 1 коробка). Вернее, на фабриках, так как из надписей на этикетках видно, что фабрики были в Нижнем (на одной коробке) и Верхнем Ломове (на трех коробках) Пензенской губернии. На двух коробках имеется надпись: "АКЦ. О-ВО СПИЧ. ФАБР." (в В.Ломове). Две нижние коробки обклеены синей бумагой, две – желтой; все верхние – желтой. Печатные элементы выполнены черной краской: изображения льва на островке и видимого наполовину солнца за горизонтом.; двух медалей, полученных на выставках в Пензе и Нижнем Новгороде. Под медалями – надпись: "ЭТИКЕТЪ УТВЕРЖ. ДЕПАРТ. ТОРГОВЛИ И МАНУФАКТУР". На двух коробках сохранилась бандерольная лента (на одной – частично, на другой – полностью) для помещения не более 75 штук. Одна коробка пустая; в двух коробках - спички квадратные в сечении с коричневой головкой; в одной – квадратного сечения, зеленые, с головкой терракотового цвета.

В Самаре с 1888 г. действовала спичечная фабрика “Волга”, принадлежавшая Л.Л. Зелихману Так, например, в "Памятной книжке Самарской губернии на 1909 г." в разделе: "Список фабрик, заводов и торгово-промышленных заведений г. Самары" упоминается и фабрика Зелихмана на Полевой улице . В музее имеется несколько коробок спичек, выпущенных этой фабрикой (3 коробки – КП-16247, 1 коробка – КП-18620/8) размером 5,7 x 3,7 x 2. Верхние и нижние коробки обклеены желтой бумагой. На обеих сторонах верхних коробок черной краской отпечатаны типографским способом изображение парохода с надписью “Фабрика “Волга”, медалей, полученных на выставках в 1896 и 1897 гг. ; надписи “Фабрика Л.Л. Зелихман в Самаре”, “Шведские спички 1-й сорт”. Сами спички - квадратные в сечении с коричневой головкой. Коробка опечатана бумажной лентой с надписями: “Продажа и покупка спичек без бандероля законом воспрещаются”, расположенными снизу и сверху ленты, и “Акцизный бандероль для помещения не более 75 штук”, проходящей по центру ленты. С этого количества спичек, помещенного в одну коробку, как отмечалось выше, взимался наименьший налог - 1/4 копейки. Вот без такого “бандероля” покупка спичек и не разрешалась.

В 20-е и 30-е гг.XX в. фабрики в Нижнем и Верхнем Ломове продолжали действовать. Сначала они находились в ведении Средне-Волжского Государственного Спичтреста. В собрании музея имеется пять спичечных коробок этого периода (размер: 5 x 3,7 x 1,6; КП-16248 – 1 коробка; П/у-694 – 4 коробки). Три нижние коробки обклеены синей бумагой; две другие и все верхние – бумагой желтых и розовых тонов. На верхних коробках, как и в более ранний период, - изображение льва, но оно отличается от прежнего. А на одной коробке изображение льва тоже несколько иное, и за ним вдалеке видны пирамиды и пальмы. На всех коробках имеется надпись: "Фабрика им. Чапаева в Самаре". Ведь Самара в то время входила в Средне-Волжский край, и здесь, видимо, был филиал фабрики, расположенной в Н.Ломове. Цена одной коробки спичек была 1 1/2 копейки. Спички во всех этих коробках квадратные в сечении с коричневой головкой.

Часть коллекции спичек относится к периоду, когда производство спичек перешло в ведение Наркомлеса Главспичпрома РСФСР. Одна коробка изготовлена на фабрике "Победа" в г. Верхнем Ломове (размер5 x 3,7 x 1,6; П/у-694). Нижняя коробка обклеена серой бумагой, верхняя – желтой. Этикетка желтая, а изображения и надписи цвета "бордо": пилот в шлеме и летательный аппарат с надписью "СССР". В коробке должно быть 52 спички по цене 3 коп. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой.

Есть спички разных фабрик, выпущенные в этот период. Две коробки миниатюрные (размер: 4 x 2,5 x 1,4; КП-20225/1, П/у-694), изготовлены фабрикой "МАЛЮТКА" в Новозыбкове Орловской области. Одна коробка обклеена синей бумагой, другая – серой. Этикетки – желтые, печать – черная. В коробке должно быть 38 спичек по цене 2 коп. В одной коробке спичек нет, в другой они квадратные в сечении с коричневой головкой. Еще три коробки изготовлены в Новозыбкове, но уже фабрикой "ВОЛНА РЕВОЛЮЦИИ". Все коробки обклеены синей бумагой, с желтыми этикетками. Обозначено количество спичек в коробке – 52 шт. по цене 2к. Но на двух коробках, как и на предыдущих, указан г. Новозыбков Орловской обл. (эти коробки пустые), а на одной – "Новозыбков. Брянский Лесо-Бум–Спич-Комбинат" (спички квадратные в сечении с коричневой головкой).

Одна коробка изготовлена фабрикой "ГИГАНТ" им. Ворошилова (размер: 5 x 3,5 x 1,5 ; КП-20225/2) в г. Калуге Тульской обл. Верхняя и нижняя коробки обклеены синей бумагой, этикетка желтая, с синей и красной печатью. Обозначены количество спичек в коробке – 52 шт., цена – 2 коп. и год – 1939. Одна коробка (размер: 5 x 3,7 x 1,6; П/у-694) производства фабрики "РЕВПУТЬ" на ст. Злынка. Верхняя и нижняя коробки обклеены бумагой серовато-желтого цвета, с такого же цвета этикеткой. На этикетке черной краской напечатано: сверху – изображение ленты с надписью "ЗАПСПИЧТРЕСТ", ниже, между двумя горящими факелами – название фабрики, место изготовления и цена – 1 1/2 коп. В коробке несколько спичек, квадратных в сечении с коричневой головкой. И одна коробка изготовлена в Белоруссии (размер: 5 x 3,7 x 1,6; П/у-694). Нижняя и верхняя коробки обклеены темно-синей бумагой. Этикетка желтая, в центре которой, в черном прямоугольнике – желтая спичка с красной головкой и слово "СССР", напечатанное красными буквами; их обрамляют надписи на белорусском языке: "Ф-ка X ОКТЯБРЬ", "г. РЭЧЫЦА, БССР", "НАРКОМЛЕС ГЛОУСПIЧПРОМ", "у кар. 52 шт.", "цана 3 кап.".

Есть в фондах музея и спички в виде тонких пластин, упакованных в пачки (КП-17724/6). Всего 7 пачек, размером 5,5 x 5,5, по две пластины в каждой, и два комплекта без упаковок. Квадратные пластины тонкой фанеры (одна выше, другая ниже) до половины разделены продольными надрезами, образуя спички конусовидной формы с головками неопределенного цвета (смесь зеленого, коричневого, серого тонов). Спички-пластины вложены в футляр, представляющий собой полосу тонкого картона грубой выделки, сложенную в три раза. На загнутую внутрь часть футляра , ниже вложенных в него спичек, нанесена полоса зажигательного состава. При употреблении спички обламываются и зажигаются об эту полосу. В новой пачке на каждой пластине должно быть по 14 спичек. Такое количество только в одной пачке. В других – от 9 до 13 спичек. На шести пачках , в сложенном виде, с одной стороны поверхность коричневого цвета, с изображением рук, одна из которых держит раскрытую пачку со спичками, другая – отделенную спичку; ниже наискосок прописным шрифтом красного цвета напечатано: "СПИЧКИ". С другой стороны, на открывающейся части футляра коричневым шрифтом напечатано: "УПРАВЛЕНИЕ ЛЕСОПРОМКООПЕРАЦИИ при Совете Министров РСФСР. КУЙБЫШЕВСКИЙ ОБЛЛЕСПРОМСОЮЗ. АРТЕЛЬ "ТРУД". с. Сосновка, Куйбыш. обл." Одна пачка без изображений и надписей.

Время формирования коллекции - с начала 60-х до конца 90-х гг. XX в. Основной источник поступления – частные лица города. Часть коллекции поступила в музей в результате экспедиций по области: в Богатовский и Похвистневский районы, на Первомайский асфальтовый завод, а также из клуба коллекционеров.
 Трубка (головка) из слоновой кости светло-желтого цвета. Основание и крышка из серебра, с орнаментом. Поступила в 1968 г. от Ступникова. Общий вес 80. 15 х 18 см. КП-17698/6
 Трубка костяная желтая. Склепана оловом. Из старых поступлений музея. Общая длина 30,5 см. КП-625
 Трубка пенковая коричневая. Из старых поступлений музея. Длина 16 см. КП-623
 Трубка пенковая коричневая. Из старых поступлений. Серебро, 15 гр. Длина 10 см. КП-817
 Трубка пенковая коричневая. Концы трубки окованы серебром. Серебро. 25 гр. Длина 10 см. КП-818.
 Трубка фарфоровая белая. С тонким концом для мундштука, с изображением девушки в синем платье, держащей зеленую птицу. Длина 10,5 см, диаметр 3,4 см. КП-628
 Трубка фарфоровая белая. С тонким концом для мундштука, с двумя золотыми полосками по верхнему краю. Длина 12 см, диаметр 3 см. КП-629.
 Трубка фарфоровая разборная, трехчастная. Чашечка: длина 12 см, диаметр 3,5 см; длина чубука 20 см; длина мундштука 15 см. КП-22676.
 Трубка (чашечка) деревянная, коричневого цвета, с тремя отверстиями для чубуков. КП-619.
 Трубка деревянная. Украшена резьбой, изображающей битву; внутри отверстия медная оковка. 10,5 х 12,0 см. КП-622.
 Трубка (чашечка). Темно-коричневая, с медной крышкой с отверстиями; внизу медный ободок. Высота 7,8 см. КП-650.
 Трубка из карельской березы коленчато-изогнутой формы, с серебряной крышкой овальной формы, украшенной гравировкой. Вес 50 гр. Длина 17 см. КП-813.
 Трубка из карельской березы, темно-коричневого цвета. Вес 50 гр. Длина 11 см. КП-815.
 Трубка курительная, составная, четырехчастная, головка с резным изображением оленя и жестяной крышкой. Конец XIX – начало XX вв. Кустарное производство. Дерево, пластмасса, жесть. 24 х 6,5 см. КП-20766.
 Трубка курительная, составная. Конец XIX – начало XX вв. Кустарное производство.Дерево, пластмасса. 12,3 х 1,8 см. КП-20767.
 Деревянный чубук. С украшениями из цветных роговых колец, имеет костяную вставку с нарезкой для мундштука. Длина 31 см. КП-626
 Портсигар. 1884 г. Серебро, гравировка, чеканка, чернение, штамповка. Общий вес 98,4 г. 8,8 х 4,5 х 2,2 см. КП-19749.
 Портсигар. 1899-1908 гг. Серебро. Вес 197,510 г. 12,4 х 7,1 см. КП-19978.
 Портсигар. 1908-1917 гг. Клейма: изображение женской головки в кокошнике, повернутой вправо и обозначение пробы – 84. Серебро. Вес 168,520 г, 7,4 х 10,8 см. КП-19979
 Пепельница в форме рыбы. Россия. Конец XIX – начало XX вв. Фаянс. Фабричное производство. 13 х 9 см. КП-18244.
 Пепельница. Конец XIX – начало XX вв. Литая, черного цвета, в виде виноградной грозди и листа, на трех ножках в форме усеченных конусов. Чугун, фабричное производство. 15 х 18 см. КП-18537
 

Часы и хронометры
Коллекция металлических нагревательных приборов насчитывает 96 предметов и включает в себя 67 самоваров, 2 бульотки, 3 чайника, 5 кофейников и 19 сопутствующих предметов: 11 подносов для самовара, 2 самоварные трубы, 2 чаши под самовар, 4 кофемолки.

Основную часть собрания составляют самовары, изготовленные в конце XIX - начале XX веков фабриках известных тульских и московских фабрикантов: Баташевых, Воронцовых, Тейле, Лебедевых и других.

Самовары различаются по форме («банка», «рюмка», «шар», «ваза», «груша») и по материалу, из которого они изготовлены (медь, латунь, белый металл, медь с гальваническим серебряным покрытием и никелировкой и т.д.).

История самовара насчитывает почти три столетия. Сейчас трудно сказать, когда был создан первый самовар, но его появление связано с реформами, которые произошли в петровскую эпоху и внесли изменения в быт русского народа.

Первое упоминание о самоваре содержится в Описи имущества Онежского второклассного Крестового монастыря, которая датируется 1746 годом. Но только упрочившийся в русском быту к середине XVIII века обычай употребления чая и кофе привел к распространению наряду с традиционно русской посудой – братинами, ендовами, ковшами – новых форм посуды, в том числе чайников, кофейников и самоваров.

В русских толковых словарях XIX века есть определение самовара: «Самовар – водогрейный для чаю сосуд, большей частью медный с трубою и жаровнею внутри».

Устройство самовара просто, как все гениальное. Он состоит из цельнотянутого тонкостенного сосуда. Его вертикально протыкает труба, начинающаяся от топки снизу и завершающаяся конфоркой. Последняя служит как для установки на ней чайника для заварки, так и для осуществления тока воздуха, когда конфорка закрыта крышкой. Все тепло, поднимающееся по трубе, отдается окружающей его воде. Большая поверхность трубы быстро доводит воду до кипения и поддерживает температуру. Естественный ток теплого воздуха вверх создает идеальную тягу в топке. Она прикреплена снизу к сосуду (тулову) самовара на необходимом расстоянии от поверхности стола, на который ставится самовар. Расстояние это отрегулировано ножками самовара, которые придают ему устойчивость и пожарную безопасность. Труба, являясь конструктивным стержнем, служит основой для надеваемой на нее крышки сосуда, конфорки, крышки самой трубы. Через трубу закладывается топливо и разжигается самовар. Топливом служат сосновые шишки, ветки, щепки. Для вливания воды снимается крышка сосуда. Для наполнения стакана есть удобный кран с притертыми поверхностями.

Такие элементы как кран (ветка), ручки для переноса самовара, ножки, на которых он стоит, изготавливаются с помощью литья и припаиваются к сосуду. Эти элементы имеют разнообразную форму и декоративные украшения. Их отдаленность от источника нагрева сохраняет пайку веками. Самовары использовались как для приготовления чая, так и для приготовления супа, каши, сбитня.

Во второй половине XIX века самоварные изделия широко завоевывают рынок. В связи с большим спросом на эту продукцию происходит унификация форм и декора самоваров. Вырабатывается ряд стандартных образцов, удобных для массового производства, которые модифицируются в различных вариантах и разнообразятся чаще всего литыми фигурными деталями.

Таковыми являются самовары с клеймами тульских фабрикантов Баташевых. Настоящих фирм Баташевых было только три. Первая из них, основана в 1825 г. Иваном Григорьевичем Баташевым, перешла к его сыну Николаю Ивановичу Баташеву, сдавшему ее затем в аренду Тейле. Другая фабрика основана в 1840 году Василием Степановичем Баташевым и существовала потом под названием «Наследники В.С.Баташева». Третья фирма была основана в 1840–1850 годах Александром Степановичем Баташевым и передана позже братьям Алексею и Ивану Степановичам Баташевым, при которых и закончила свое существование.

Самовары, клейменные фамилией Баташев, были наиболее популярными и в городской и в деревенской среде. Они охотно раскупались на ярмарках и базарах.

Существовало также несколько фабрик лже–Баташевых, некоторые из которых клеймили свои изделия маркой «Восприемники» или «Наследники Баташева». В собрании СОИКМ есть несколько самоваров с клеймом «Наследники Баташева», которые вполне вероятно относятся к числу «поддельных» Баташевых.

Производство самоваров продолжалось и после 1917 года. В собрании СОИКМ есть два самовара Самоварного производства первого товарищества в Туле и два самовара производства Тульского патронного завода, находившегося на территории бывшей фабрики Н.И.Баташева.

А.И.Ратнер, гл.хранитель СОИКМ им.П.В.АлабинаДревнейшие предки колокола - бубенец и колокольчик были обнаружены учеными в быту многих народов: египтян, евреев, этрусков, скифов, римлян, греков, китайцев.

Одним из древнейших типов колоколов являются пастушьи колокольчики. С древности, их делали не литыми, а кованными из железа. Во многих странах мира именно кованое железо считалось способным противостоять любой магии.

На Руси такие колокольчики назывались боталами или клепалами, так как изделие склепывали (сшивали) по бокам заклепками. В конце XIX - начале XX веков появляются литые ботала, чуть сплюснутые, конической формы, однако они не получили большого распространения. У ботала глухой, неяркий голос, и сделано это сознательно. Замечено, что волки, медведи и прочие звери, способные причинить вред скоту, боятся глухого, неприятного звука ботала и не реагируют на звонкие, мелодичные голоса сувенирных колокольчиков. Кроме того, пастуший колокольчик исполняет и сигнальную функцию, помогая найти заблудившееся животное.

Колокола на Руси впервые упоминаются в летописях 988 года, что дает основание предполагать, что появились они еще раньше. В XV веке в России появились заводы по отливке колоколов. А органичное включение звонов в христианский православный обряд стало решающим фактором их распространения и развития. И к XVI веку колокола уже звучали по всей стране. Русские мастера изобрели новый способ звона - языковый (когда раскачивается язык колокола, а не сам колокол, как было в Западной Европе), это позволило отливать колокола очень больших размеров. К колоколам относились особо, почти как к живым существам. Им давали собственные имена («Царь–колокол» в Московском Кремле), узнавали по голосам.

А еще появилось типично русское явление - ямщицкие колокольчики. В конце XVIII века в России учредили \\\"образцовую почту\\\". Но западный почтовый рожок не прижился на русской земле. Доподлинно не известно, кто прицепил на дугу почтовой тройки колокольчик, но случилось это приблизительно в 70-е годы XVIII века. Первый центр производства таких колокольчиков был на Валдае.
Поддужный колокольчик вместе с бубенцами как непременный атрибут троечной запряжки был исключительно русским национальным явлением, даже символом России на протяжении полутора веков. Появившись во второй половине XVIII столетия, когда была упорядочена ямская гоньба и приведены в порядок дороги, поддужный колокольчик помещался на каждой почтовой или фельдъегерской тройке как сигнальное средство, отличающее государственную повозку от обывательской.

Пик популярности ямских колокольчиков приходится на первую половину XIX века. В декабре 1836 г. по просьбе Почтового ведомства был даже издан специальный закон, запрещающий неслужебным повозкам ездить со звоном и вносить сумятицу в работу почтовой службы. Тогда-то и появились бубенцы, запрет на которые не распространялся, и частные владельцы могли подвешивать их на лошадь в неограниченном количестве.

    в функции ямского колокольчика входило: освобождать дорогу для почтовой кареты, имеющей преимущественное право проезда;
    предотвращать столкновение встречных экипажей;
    чтобы ямщик на облучке не спал, или даже если заснет, то по ритму звучания колокольчика и сквозь сон мог определить изменение скорости движения и состояния дороги, и это его разбудит;
    отпугивать хищников и нечистую силу.

На протяжении всей истории бытования ямских колокольчиков спрос на них удовлетворялся, в основном, мастерами-самоучками, проживавшими в районах прохождения почтовых трактов. Литье колокольчиков было семейно-наследственным промыслом; каждый центр промысла имеет свои династии мастеров. Самым знаменитым и одним из самых ранних центров литья поддужных колокольчиков был город Валдай (до 1770 г.) Новгородской губернии. Валдайский колокольчик стал символом поддужного колокольчика вообще, во многих других местах отливались колокольчики с надписью \\\"Дар Валдая\\\". Наиболее известны заводы Смирновых (их было пять), Митрофанова, Стуколкина. Там нередко изготавливались как церковные колокола, так и поддужные. В 1851 г. вблизи Валдая прошла Николаевская железная дорога, которая лишила жителей заработков с извоза, так как главный почтовый тракт Москва-Петербург утратил былое значение. Объем производства колокольчиков с каждым годом сокращался. Сказывалась и конкуренция со стороны других центров. Помимо Валдая колокольчики отливались в г.Касимове Рязанской губернии, в г.Слободском Вятской губернии, в с.Пурех Нижегородской губернии, где было развернуто самое массовое производство колокольчиков во второй половине XIX – начале XX веков. Эти города были связаны с Сибирским трактом, который заменялся железными дорогами позднее, и производство колокольчиков продолжалось до 20-х годов ХХ века. Всего в России в XIX – начале XX в. действовало более 20 центров литья.

По данным сверки в коллекции колоколов и колокольчиков Самарского областного историко–краеведческого музея им. П.В.Алабина на 2005 год находится всего 38 единиц хранения, из них 4 колокола, 32 колокольчика и 2 ботала.

В коллекции СОИКМ представлено семь пурихских колокольчиков (заводов братьев Веденееевых, Ф.А.Веденеева, Алексея Макаровича Прошина, Егора Спиридоновича Клюикова, П.Г.Чернигина, Ф.М.Трошина) пять валдайских - с надписями «Дар Валдая», «Валдай: с серебром», «Купи, денег не жалей со мной ездить веселей», один тюменский - фабрики Поликарпа Гилеева 1820 г., один колокольчик - касимовский (Николая Ивановича Гучева 1833 г.), один - самарский (завода Буслаева). Кроме поддужных в нашей коллекции представлены два колокольчика, переданные нашему музею из Сызранского государственного банка в 1966 году. По звонку одного из них начиналась работа в операционном зале банка (1898–1917 гг.), а с помощью второго вызывали секретарей и курьеров к управляющему банком. Кроме того в нашей коллекции числится церковный колокол с надписью «Колокол лит на заводе наследниц саратовской купчихи Олимпиады Ивановны Медведевой в Саратове, весу 10 пудов 17 фунтов», в 1992 году по настоянию Самарской епархии он был передан на временное хранение в храм с.Хворостянка, откуда в свое время он и был привезен. Еще один колокол, представленный сейчас в экспозиции отдела истории прошлого, находился на дебаркадере №434 пристани \\\"Проран\\\", такие колокола находились до революции на пристанях и пароходах общества \\\"Самолет\\\", по низу юбки он имеет надпись \\\"Н-цы (наследницы) Н.А. Бакулева Л.Н. Кутяковой в Слободском Вятской губернии\\\". Еще один колокольчик из металла желтого цвета, украшенный выпуклым растительным орнаментом и изображениями человеческих лиц в медальонах был передан музею директором Университета Наяновой - Наяновой М.В. Каждый год этот колокольчик используется первого сентября и на последний звонок.Коллекция спичек

(опубликовано: Гергедава Н.А., 2005. «Продажа и покупка спичек без бандероля законом воспрещаются» (Коллекция спичек в фондах СОИКМ им.П.В.Алабина) // Из истории музейных коллекций. Вып.2. Самара. С.4-12)

Спички, как и любой предмет, имеют свою историю. Первые спички очень отличались от современных и пользовались ими по-другому. Они представляли собой длинные лучинки с белой головкой, в состав которой входило два вещества: сахар и бертолетова соль. Чтобы зажечь спичку, ее опускал в склянку с серной кислотой. Головка спички начинала шипеть и вспыхивала фиолетовым пламенем, издавая резкий неприятный запах. Но это химическое соединение легко взрывалось даже от незначительного толчка. И химики стремились усовершенствовать свое изобретение. Так, в начале 30-х гг. XIX в. для получения огня стали использовать белый фосфор. Этим спичкам уже не требовалась склянка с серной кислотой. Они зажигались трением о шероховатую поверхность .

Изобретение спичек приписывается немецкому химику Камереру, которому в 1833 г. удалось составить содержащую фосфор массу, легко воспламеняющуюся при трении о любую шероховатую поверхность. Это изобретение было приобретено венскими фабрикантами Ремером и Прешелем, которые впервые стали изготовлять спички фабричным путем . Выпускать их начали в разных странах, а с 1845 г. производство спичек стало быстро развиваться в Англии. В состав головки спичек сначала входил белый фосфор . Но само производство таких спичек оказалось очень опасным, так как, во-первых, фосфор очень ядовит, а, во-вторых, спички, содержащие в своей головке значительную долю фосфора, отличались легкой воспламеняемостью и были небезопасны при хранении. Технология же производства фосфорных спичек была очень проста, поэтому предприимчивые дельцы открывали множество спичечных фабрик.

В 1847 г. венский химик Шретер открыл аморфный (красный) фосфор, неядовитый и не обладающий способностью самовоспламеняться на воздухе. На его основе был приготовлен новый, безвредный, состав для спичек. Но чтобы внедрить новое изобретение в производство, требовалось изменить технологию, то есть перестраивать фабрики, делать новые затраты, что было невыгодно предпринимателям, поэтому они вначале недоброжелательно отнеслись к безопасным спичкам. Тем не менее, в конце концов предпринимателям пришлось уступить. Безопасные спички впервые появились в Швеции и стали известны с тех пор под названием “шведских” .

На этикетках спичечных коробок под красочными рисунками или рекламами фирм появилось слово “безопасные”. В разных странах принимались меры, способствовавшие распространению таких спичек и устранению из употребления фосфорных. А в 1903 г. Международный конгресс прикладной химии высказался за полное запрещение производства спичек с применением белого фосфора . В безопасных спичках масса для головок совсем не содержит фосфора, она состоит из смеси бертолетовой соли (или другого вещества, легко отдающего кислород) с серой или сернистой сурьмой, которые вместе с нейтральными и красящими веществами соединяются каким-нибудь связующим элементом. Такие спички не воспламеняются при трении о любую шероховатую поверхность, а для их зажигания необходимо иметь поверхность, намазанную особым составом, содержащим красный фосфор. Ее создают, нанося зажигательный состав на боковые грани спичечных коробок .

В начале XX в. крупнейшей в мире корпорацией по производству спичек была английская “Бритиш мэтч корпорейшн” (“БМК”). В свою очередь шведский финансист Ивар Крейгер создал мощный спичечный трест “Свенска тендстикс актиебулагет (“СТАБ”). В 1927 г. английские и шведские производители спичек объединились. Шведская компания стала контролировать значительную часть спичечного производства. А в 1932 г. шведский концерн потерпел крах. Ивар Крейгер, запутавшись в крупной финансовой афере, покончил жизнь самоубийством. “СТАБ” перешел под контроль финансовой группы Валленбергов и с помощью государственных средств в значительной мере удержал свои позиции на мировом рынке . Но это не изменило взаимоотношений “БМК” и “Свенска тендстикс” ни тогда , ни позже. Были между английской и шведской компаниями разногласия (споры возникали при дележе прибылей, из-за контрольных пакетов акций, распределения руководящих постов), но было и то, что их сближало. Агенты спичечного картеля в разных странах вели постоянную слежку за химиками-изобретателями, которые занимались проблемами усовершенствования спичечной промышленности. Так, изобретатели "вечной спички", ученые из Будапешта Загтар Фолди и Ресо Кониг и швейцарский изобретатель “многократно зажигающейся спички” Рингер не смогли противостоять монополистам.

В Россию спички вначале привозились из-за границы (из Гамбурга), а в 1837 г. начала выпускать фосфорные спички первая в России спичечная фабрика в Петербурге. В 1842 г. в одной Санкт-Петербургской губернии работало уже 9 фабрик при ежедневном производстве в 10 млн штук спичек. Цена на спички понизилась до 5 и даже 3 копеек медью за 100 штук. Одновременно с понижением цен прекратился и ввоз спичек из-за границы . Но вскоре производство спичек в России приняло характер кустарного промысла. Так, уже в 1843 и 1844 гг. было обнаружено, что изготовлением спичек занимаются в своих хозяйствах крестьяне. В связи с этим, 29 ноября 1848 г. был издан закон, который предусматривал: “1) чтобы заведения для выделки зажигательных спичек допускаемы были в одних столицах; 2) чтобы отпускаемые из фабрик для продажи спички были заделываемы по 1000 шт. в жестяные коробочки, с приклеенными к ним бандеролями, которые должны быть выдаваемы от городских дум, со внесением за всякий бандероль по одному рублю серебром в пользу городских доходов; 3) чтобы продажа зажигательных спичек в разнос была вовсе воспрещена” .
Законом от 8 мая 1850 г. был “воспрещен привоз из-за границы, Польши и Финляндии зажигательных химических спичек всякого рода”. Закон 1859 г. разрешал “повсеместно, как в Империи, так и в Польше, производить выделку фосфорных спичек и продажу их без особых ограничений”. Но в 1862 г. продажа белого фосфора как сильно действующего ядовитого вещества была ограничена, он стал отпускаться для заводского использования только по разрешению местной полиции. И многие фабрики, действовавшие до этого без разрешения, вынуждены были заявить о своем существовании для получения свидетельств на право покупки фосфора . В 1869 г. в России числилась уже 141 фабрика, что может быть объяснено лишь более тщательным учетом. С этого года как производство внутри страны, так и ввоз спичек из-за границы все возрастали до 1877 г., когда была введена оплата пошлин золотом . С этих пор ввоз спичек несколько сократился, тогда как внутреннее производство все увеличивалось, и в 1886 г. насчитывалось уже 317 фабрик с 16 тыс. рабочих и общей выработкой в 2,7 млн. ящиков (по 1 тыс. коробок в каждом). В результате концентрации производства в России в 1913 г. работало 115 спичечных фабрик с 21,8 тыс. рабочих и годовой продукцией в 4/4 млн. ящиков .

Шведские, или безопасные, спички стали использоваться в России вскоре после разрешения их ввоза из-за границы. Но, ввиду взятых в 1860 г. фирмой Ольденбург и Ко (в Финляндии) и бароном Фирксом привилегий на введение в России безопасных спичек, их не могли изготавливать на других фабриках, и поэтому такие спички не скоро вошли в употребление. Лишь в 70-х гг., по окончании срока привилегий, эти спички стали изготавливаться многими другими фабриками . Правительство долгое время считало необходимым поощрять развитие производства спичек и не обременять его налогом. Только в 1887 г. решено было обложить спички акцизом в форме бандерольного сбора. Устанавливалась обязательная норма ежегодного выбора бандеролей - для существующих фабрик в 1500 рублей, а для вновь открываемых в 3000 рублей, причем, с фабрик, работающих ручными станками, взимать патентный сбор 50 рублей, а с фабрик, использующих паровые машины - 150 рублей в год. На спички, ввозимые из-за границы, предполагалось наклеивать особую бандероль, обложив их повышенной ввозной пошлиной .

На этом основании и был установлен законами от 4 января 1888 г. и от 9 мая 1889 г. налог на зажигательные спички “в размере 1/4 копейки с помещения, в котором заключалось не более 75 штук, 1/2 копейки - с помещения от 75 до 150 штук, 3/4 копейки - с помещения от 150 до 225 штук и 1 копейки - с помещения от 225 до 300 штук”. Со спичек же иностранного производства, независимо от таможенной пошлины, акциз взимался в двойном размере . Но в то время министерство финансов не могло не считаться с тем фактом, что большинство фабрик России (около 85 %) еще производили дешевые и пользующиеся наибольшим спросом у массы населения спички с белым фосфором. Поэтому стеснение производства фосфорных спичек могло отрицательно сказаться на спичечной промышленности. Тем не менее, 16 ноября 1892 г. был принят закон, по которому фосфорные спички облагались двойным акцизом., по сравнению с бесфосфорными .

В собрании Самарского областного историко-краеведческого музея им. П.В. Алабина хранится коллекция спичек (более 40 единиц), изготовленных в разное время, иностранных и российских фабрик. Это "безопасные" спички. Спичечные коробки, в основном, изготовлены из деревянной стружки. Внутренняя и внешняя коробки обклеены бумагой разного цвета. На боковые стороны внешних коробок нанесен состав зажигательной смеси. Сами спички у большинства фирм квадратные в сечении, с коричневой головкой. Есть спички, окрашенные в разные цвета, с разноцветными головками. Небольшое количество спичек - круглые в сечении, также с разноцветными головками. Цвет спичечной головки определяется процентным соотношением компонентов массы. Используя те или иные краски или смешивая несколько красок, можно получить спичечные головки, окрашенные в любой цвет .

Представляют интерес спичечные коробки, заключенные в футляр. Их три, и все они иностранного производства. Одна из них большого размера (11,2 x 6,9 x 3,5), изготовлена шведской фирмой "Свенска тендстикс". Верхняя и нижняя коробки обклеены синей бумагой. На желтой этикетке – изображения многочисленных медалей, полученных на выставках, и надписи на шведском языке, отпечатанные краской черного и красного цвета. Изображения и надписи не все различимы из-за наклеенных сверху бандерольных лент. На оборотной стороне верхней коробки черной краской отпечатана торговая марка: изображение двух полушарий земли с фирменными надписями. На бело-зеленой бандерольной ленте – надписи: "АКЦИЗНЫЙ БАНДЕРОЛЬ ДЛЯ (ПОМЕЩЕНИЯ) НЕ БОЛЕЕ 300 шт." и "ПРОДАЖА И ПОКУПКА СПИЧЕК БЕЗЪ (БАНДЕРОЛЯ) ЗАКОНОМЪ ВОСПРЕЩАЮТСЯ". Коробка вставляется в темно-коричневый кожаный футляр, на котором сверху – цветное рельефное изображение виноградных листьев с гроздьями. На одной из боковых сторон – овальный вырез, открывающий поверхность на спичечной коробке, покрытую зажигательной смесью. Спичек в коробке нет.

Вторая коробка английской фирмы Брайант и Мэй (BRYANT & MAY); размер: 7 x 4,8 x 2,5; КП-18620/8. Нижняя коробка обклеена серой бумагой, верхняя – желтой. Изображения и надписи на английском языке отпечатаны черной краской: на одной стороне - название фирмы, торговая марка, извещение о том, что спички являются безопасными и неядовитыми, имеется и изображение призовых медалей; на другой стороне – изображение спичечной коробки в футляре и надписи о его безопасности, а также проставлена цена комплекта – 4 д. и имеется сообщение о том, что спичкам присуждены двадцать две призовые медали. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой. Коробка помещена в металлический футляр белого цвета, сверху желтый, на одной стороне которого изображен завод, на другой – изображения медалей и надписи. Все четыре боковые грани футляра имеют отверстия: малые – прямоугольные, большие – овальные.

Третья коробка - миниатюрная (размер: 4,2 x 2,2 x 1,1; КП-20006/2) так же, как и первая, шведского производства и тоже заключена в футляр. Верхняя коробка обклеена серой бумагой, нижняя – желтой. Этикетка желтовато-коричневая, с цветными изображениями и надписями: над северным полюсом земного шара, с языками пламени, парящий орел. Надписи на английском языке: "VULCAN" ("ВУЛКАН"), SAFETY MATCHES (БЕЗОПАСНЫЕ СПИЧКИ), SWEDEN (ШВЕЦИЯ).Футляр металлический, желтого цвета, в котором три боковые стороны открыты, то есть он состоит из двух пластинок, соединенных с одной стороны (в форме переплета книги). Добавление черной краски дает желто-черное изображение: на одной стороне – двух сидящих курильщиков, на другой – орнамента В коробке - несколько спичек, круглых в сечении, с коричневыми и малиновыми головками.

В собрании музея имеются еще две спичечные коробки иностранного, видимо, английского производства, фирмы "Критерион" ( CRITERION), но страна-производитель не указана (размер: 5,5 x 3,7 x 1,7; КП- 19026/5). Внутренняя и внешняя коробки обклеены синей бумагой. Этикетки желтые с надписями на английском языке, отпечатанными черной краской. Вместимость коробки – 47 спичек.

Значительную часть музейной коллекции составляют спички российского производства конца XIX-начала XX вв. и советского периода, выпущенные различными фабриками. Две коробки изготовлены Паровой спичечной фабрикой Ворожцовой и Ко в г. Слободском Вятской губернии (размер: 5,5 x 3,7 x 1,8; КП-20802/1-2). На одной из коробок производство обозначено как "Товарищество Г.И.Ворожцовой и Ко", основанное в 1860 г. На коробках имеются также изображения медалей и пометка: "Безопасные спички" Нижние коробки обклеены синей бумагой, верхние – розовой; печать выполнена черной краской. Сохранились фрагменты бандерольных лент для помещения не более 75 штук. Спички квадратные в сечении, розовые с желтой головкой.

Одна коробка изготовлена на фабрике Лапшина (размер: 4,2 x 2,8 x 1,2; КП-18620/8). Нижняя коробка обклеена синей бумагой, верхняя – желтой. С одной стороны в центре – изображения трех медалей и надписи, отпечатанные черной краской: "АКЦ. О-ВО СПИЧ. ФАБР. В.А.Лапшинъ"; "БЕЗОПАСНЫЯ СПИЧКИ. ТИПОГРАФIЯ ПРИ ФАБРИКЕ". С другой стороны – адреса склада в Петрограде и фабрики в д. Хотитово Новгородской губернии. Спички квадратные в сечении, красные с желтой головкой. Одна коробка (размер: 5,5 x 3,7 x 1,8; КП-16248) производства фабрики М.М.Витенберга в Гомеле (название другого города напечатано неразборчиво). Нижняя коробка обклеена желтой бумагой, верхняя – розовой. Этикетка желтая с нечетким и слегка смещенным изображением двугорбого верблюда и надписями, выполненными черной краской. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой.

Четыре коробки изготовлены на Паровой фабрике наследников С.П.Камендровского, существующей с 1858 г. (размер: 5,5 x 3,7 x 2; КП-16248 – 2 коробки; КП-18620/8 –1 коробка; ВСП.-7795 – 1 коробка). Вернее, на фабриках, так как из надписей на этикетках видно, что фабрики были в Нижнем (на одной коробке) и Верхнем Ломове (на трех коробках) Пензенской губернии. На двух коробках имеется надпись: "АКЦ. О-ВО СПИЧ. ФАБР." (в В.Ломове). Две нижние коробки обклеены синей бумагой, две – желтой; все верхние – желтой. Печатные элементы выполнены черной краской: изображения льва на островке и видимого наполовину солнца за горизонтом.; двух медалей, полученных на выставках в Пензе и Нижнем Новгороде. Под медалями – надпись: "ЭТИКЕТЪ УТВЕРЖ. ДЕПАРТ. ТОРГОВЛИ И МАНУФАКТУР". На двух коробках сохранилась бандерольная лента (на одной – частично, на другой – полностью) для помещения не более 75 штук. Одна коробка пустая; в двух коробках - спички квадратные в сечении с коричневой головкой; в одной – квадратного сечения, зеленые, с головкой терракотового цвета.

В Самаре с 1888 г. действовала спичечная фабрика “Волга”, принадлежавшая Л.Л. Зелихману Так, например, в "Памятной книжке Самарской губернии на 1909 г." в разделе: "Список фабрик, заводов и торгово-промышленных заведений г. Самары" упоминается и фабрика Зелихмана на Полевой улице . В музее имеется несколько коробок спичек, выпущенных этой фабрикой (3 коробки – КП-16247, 1 коробка – КП-18620/8) размером 5,7 x 3,7 x 2. Верхние и нижние коробки обклеены желтой бумагой. На обеих сторонах верхних коробок черной краской отпечатаны типографским способом изображение парохода с надписью “Фабрика “Волга”, медалей, полученных на выставках в 1896 и 1897 гг. ; надписи “Фабрика Л.Л. Зелихман в Самаре”, “Шведские спички 1-й сорт”. Сами спички - квадратные в сечении с коричневой головкой. Коробка опечатана бумажной лентой с надписями: “Продажа и покупка спичек без бандероля законом воспрещаются”, расположенными снизу и сверху ленты, и “Акцизный бандероль для помещения не более 75 штук”, проходящей по центру ленты. С этого количества спичек, помещенного в одну коробку, как отмечалось выше, взимался наименьший налог - 1/4 копейки. Вот без такого “бандероля” покупка спичек и не разрешалась.

В 20-е и 30-е гг.XX в. фабрики в Нижнем и Верхнем Ломове продолжали действовать. Сначала они находились в ведении Средне-Волжского Государственного Спичтреста. В собрании музея имеется пять спичечных коробок этого периода (размер: 5 x 3,7 x 1,6; КП-16248 – 1 коробка; П/у-694 – 4 коробки). Три нижние коробки обклеены синей бумагой; две другие и все верхние – бумагой желтых и розовых тонов. На верхних коробках, как и в более ранний период, - изображение льва, но оно отличается от прежнего. А на одной коробке изображение льва тоже несколько иное, и за ним вдалеке видны пирамиды и пальмы. На всех коробках имеется надпись: "Фабрика им. Чапаева в Самаре". Ведь Самара в то время входила в Средне-Волжский край, и здесь, видимо, был филиал фабрики, расположенной в Н.Ломове. Цена одной коробки спичек была 1 1/2 копейки. Спички во всех этих коробках квадратные в сечении с коричневой головкой.

Часть коллекции спичек относится к периоду, когда производство спичек перешло в ведение Наркомлеса Главспичпрома РСФСР. Одна коробка изготовлена на фабрике "Победа" в г. Верхнем Ломове (размер5 x 3,7 x 1,6; П/у-694). Нижняя коробка обклеена серой бумагой, верхняя – желтой. Этикетка желтая, а изображения и надписи цвета "бордо": пилот в шлеме и летательный аппарат с надписью "СССР". В коробке должно быть 52 спички по цене 3 коп. Спички квадратные в сечении с коричневой головкой.

Есть спички разных фабрик, выпущенные в этот период. Две коробки миниатюрные (размер: 4 x 2,5 x 1,4; КП-20225/1, П/у-694), изготовлены фабрикой "МАЛЮТКА" в Новозыбкове Орловской области. Одна коробка обклеена синей бумагой, другая – серой. Этикетки – желтые, печать – черная. В коробке должно быть 38 спичек по цене 2 коп. В одной коробке спичек нет, в другой они квадратные в сечении с коричневой головкой. Еще три коробки изготовлены в Новозыбкове, но уже фабрикой "ВОЛНА РЕВОЛЮЦИИ". Все коробки обклеены синей бумагой, с желтыми этикетками. Обозначено количество спичек в коробке – 52 шт. по цене 2к. Но на двух коробках, как и на предыдущих, указан г. Новозыбков Орловской обл. (эти коробки пустые), а на одной – "Новозыбков. Брянский Лесо-Бум–Спич-Комбинат" (спички квадратные в сечении с коричневой головкой).

Одна коробка изготовлена фабрикой "ГИГАНТ" им. Ворошилова (размер: 5 x 3,5 x 1,5 ; КП-20225/2) в г. Калуге Тульской обл. Верхняя и нижняя коробки обклеены синей бумагой, этикетка желтая, с синей и красной печатью. Обозначены количество спичек в коробке – 52 шт., цена – 2 коп. и год – 1939. Одна коробка (размер: 5 x 3,7 x 1,6; П/у-694) производства фабрики "РЕВПУТЬ" на ст. Злынка. Верхняя и нижняя коробки обклеены бумагой серовато-желтого цвета, с такого же цвета этикеткой. На этикетке черной краской напечатано: сверху – изображение ленты с надписью "ЗАПСПИЧТРЕСТ", ниже, между двумя горящими факелами – название фабрики, место изготовления и цена – 1 1/2 коп. В коробке несколько спичек, квадратных в сечении с коричневой головкой. И одна коробка изготовлена в Белоруссии (размер: 5 x 3,7 x 1,6; П/у-694). Нижняя и верхняя коробки обклеены темно-синей бумагой. Этикетка желтая, в центре которой, в черном прямоугольнике – желтая спичка с красной головкой и слово "СССР", напечатанное красными буквами; их обрамляют надписи на белорусском языке: "Ф-ка X ОКТЯБРЬ", "г. РЭЧЫЦА, БССР", "НАРКОМЛЕС ГЛОУСПIЧПРОМ", "у кар. 52 шт.", "цана 3 кап.".

Есть в фондах музея и спички в виде тонких пластин, упакованных в пачки (КП-17724/6). Всего 7 пачек, размером 5,5 x 5,5, по две пластины в каждой, и два комплекта без упаковок. Квадратные пластины тонкой фанеры (одна выше, другая ниже) до половины разделены продольными надрезами, образуя спички конусовидной формы с головками неопределенного цвета (смесь зеленого, коричневого, серого тонов). Спички-пластины вложены в футляр, представляющий собой полосу тонкого картона грубой выделки, сложенную в три раза. На загнутую внутрь часть футляра , ниже вложенных в него спичек, нанесена полоса зажигательного состава. При употреблении спички обламываются и зажигаются об эту полосу. В новой пачке на каждой пластине должно быть по 14 спичек. Такое количество только в одной пачке. В других – от 9 до 13 спичек. На шести пачках , в сложенном виде, с одной стороны поверхность коричневого цвета, с изображением рук, одна из которых держит раскрытую пачку со спичками, другая – отделенную спичку; ниже наискосок прописным шрифтом красного цвета напечатано: "СПИЧКИ". С другой стороны, на открывающейся части футляра коричневым шрифтом напечатано: "УПРАВЛЕНИЕ ЛЕСОПРОМКООПЕРАЦИИ при Совете Министров РСФСР. КУЙБЫШЕВСКИЙ ОБЛЛЕСПРОМСОЮЗ. АРТЕЛЬ "ТРУД". с. Сосновка, Куйбыш. обл." Одна пачка без изображений и надписей.

Время формирования коллекции - с начала 60-х до конца 90-х гг. XX в. Основной источник поступления – частные лица города. Часть коллекции поступила в музей в результате экспедиций по области: в Богатовский и Похвистневский районы, на Первомайский асфальтовый завод, а также из клуба коллекционеров.
 Часы настенные Орловского часового завода. КП-444.
 Часы настенные. КП-1356.
 Часы настенные «Le roi a Paris». Конец XIX - начало XX в. Дерево, металл. 71 x 34 x 16 см. КП-18569/2.
 Часы настенные «Le roi a Paris». XIX в. Дерево, металл, эмаль. 77 х 26 x 15 см. КП-19368/4
 Часы настенные 83 x 29 см. КП-19417/1.
 Часы настенные. Металл, дерево. 23 x 26 см. КП-17919/6
 Часы настенные. Металл, стекло, производство заводское. Д=16. КП-18687
 Часы настольные. Конец XIX в. КП-18696/5.
 Часы настольные «Ingraham». Конец XIX в. Дерево, металл, стекло, производство фабричное. 27 x 35,5 x 13 см. КП-22398
 Часы настольные «Ingraham». Конец XIX в. Дерево, металл, стекло, производство фабричное. 24,5 x 23,5 x 13,5 см. КП-22399
 Часы настольные с боем «Ungmans». Начало XIX в. Металл, стекло. 14,5 x 13,5 x 9,7. КП-19926/2.
 Часы настольные. КП-18696/1-2.
 Часы настольные. 1960-е годы. Металл цветной, стекло, дерево, производство заводское. 26,3 x 28. Д=15,4 см. КП-19203/2
 Часы-будильник. Швейцария Медь, стекло, эмаль, производство фабричное. 4,8 x 4,8 x 4,2 см. КП-19818
 Часы дорожные с боем с дарственной надписью П.В.Бодянскому. Латунь, стекло, производство фабричное. 7 x 5,5 x 10,5 см. КП-19954
 Часы дорожные «Eterna». Металл, кожа. 8 x 11,3 см. КП-17699/7
 Часы «В.ГАБЮ». Металл. КП-16344
 Часы карманные «Павел Буре» с дарственной от Торгового дома Н.Е.Свешникова А.Н.Кузьмину. 1900–1904 гг. Серебро, металл. Д=5. КП-17052/11
 Часы карманные «Генри Мозеръ и Ко». Металл, производство заводское. Д=4,9 см. КП-18684/15
 Корпус от карманных часов. Металл, производство заводское. Д=4,4. КП-18685/2
 Часы карманные фирмы «Павел Буре». Металл, штамповка. Д=5,5. КП-19786
 Часы карманные «Павел Буре». Швейцария Металл, производство фабричное. Д=5,2. КП-19880/2
 Часы карманные B.W.C. Швейцария. Металл, производство фабричное. Д=5. КП-19902
 Часы карманные. Начало XX в Германия Д=4,4. КП-20006/3
 Часы карманные фирмы «BOUTE». Серебро. Д=5,6 см. КП-20016
 Часы карманные «Генри Мозеръ и Ко». Начало XX в. Металл, стекло, производство фабричное. Д=3 см. КП-22313
 Часы карманные «Павел Буре». Металл, стекло, производство фабричное. Д=5,5 см. ВРХ-965
 
[an error occurred while processing the directive]

наверх